Книга Удар кошачьей лапой, страница 14 – Сьюзан Спэнн

Резиденция магистрата находилась неподалеку от полиции. Двое самураев в кожаных доспехах охраняли ворота, и у входа уже собралась небольшая толпа торговцев и ремесленников. Лица просителей выражали беспокойство и нервозность. Большинство были мужчинами, но кое-где в тени мужей попадались и женщины.

Никто не разговаривал.

От толпы исходил запах пота. Обычно люди мылись достаточно часто, чтобы избегать неприятных запахов, но визит к магистрату вызывал страх даже у тех, кто считал свое дело правым.

Собравшиеся уставилась на приближающегося иностранца. Ребенок указал на иезуита пальцем, но мать заткнула ему рот, прежде чем он успел издать хоть звук. Стражи определяли очередность, в которой люди излагали свои дела, и никто не хотел устраивать сцену, которая могла отбросить их в конец очереди.

Хиро напустил на себя важный вид, приближаясь к стражам. Тот, что стоял справа, старательно отводил взгляд, поэтому он обратился к левому:

— Мы хотим видеть магистрата.

— Он спит, – сказал стражник. – Вернитесь позже и ждите своей очереди.

— Дело не терпит отлагательств, – возразил Хиро. – Оно касается убийства ёрики.

Стражник заморгал и выпрямился.

— Убийство? Что случилось?

Телохранитель бросил взгляд на толпу торговцев.

— Дело деликатное. Возможно, ваш господин предпочел бы обсудить его без свидетелей.

На круглом лице самурая появилось понимание. Он осторожно кивнул.

— Да, он, возможно, захочет поговорить с вами до официального слушания.

Стражник скрылся внутри участка. Его напарник покосился на Хиро и снова отвел глаза, стараясь не пялиться на иностранца. Вместо этого он уставился на простолюдинов, которые отодвинулись подальше от ворот. Тревожность распространялась по толпе, как вода, стекающая с холма.

Через несколько минут охранник вернулся.

— Магистрат Исимаки примет вас немедленно. Следуйте за мной.

Хиро и отец Матео двинулись за ним через засыпанную гравием площадку к деревянному зданию, торчавшему посреди двора. Широкие карнизы нависали над обшарпанной верандой. Решетчатые ставни закрывали окна, пропуская воздух, но не свет, а пара темных каменных фонарей по бокам от дверного проема напоминала клыки по сторонам зияющей пасти.

Стражник провел посетителей через двери в обшитую деревянными панелями комнату в центре которой размещалась яма, заполненная белым песком. За ней возвышался деревянный стол на приподнятой платформе. Даже сидя, магистрат смотрел бы на просителей сверху вниз. Древесный уголь в жаровнях и масляные лампы давали мерцающий свет, который рассеивал темноту, но наполнял помещение легкой дымкой.

— Для чего песок? – шепнул отец Матео.

Стражник уже ушел, но темная комната с низким потолком внушала почтение.

— Он символизирует правосудие и чистоту – пояснил Хиро. – Обвиняемый стоит там на коленях в ожидании приговора магистрата. Держитесь подальше от ямы.

— Разве нам не придется туда лезть?

— Мы здесь как осведомители, а не просители.

Дверь слева от них с тихим шорохом отъехала, и в комнату вошел магистрат. Его черное кимоно сливалось с тенями, но волосы и лоб светились белизной в тусклом свете. На мгновение чиновник показался парящей в воздухе призрачной головой.

Его очертания обрели четкость, когда он поднялся по ступеням к своему столу. Усевшись, магистрат взглянул на посетителей. Седые брови поползли вверх при виде иностранного священника, хотя без настоящего удивления. Видимо, стражник предупредил его о португальце.