Книга Проще, чем кажется, страница 5 – Юлия Устинова

Кроме нескольких видов сыра, я бросаю в тележку мясную нарезку — готовую, в вакууме: салями, бекончик, буженинку.

А дальше по курсу — винишко. Беру шампанское — Новый год же все-таки, две бутылки сухого и «Кагор» — в хозяйстве все сгодится.

— Маш? — зовет меня Макс.

— А?

— Алкаш, — бросает он в рифму. — Тебе много не будет? — снова не может удержаться от замечания.

— Я же не на один день туда еду, ма-ам, — глаза закатываю.

Реально, такое ощущение, что я по торговому центру с мамой хожу.

А следующее место остановки — кошачий корм. И вот тут я зависаю надолго.

Сухая «Пурина» с кроликом. По пять пачек влажного — с кроликом опять же, ягненком и овощами.

— Блин, Мань, ты человеческую еду быстрее выбирала, — смеется Макс, пока я ищу пакетики с уткой.

— У Генерала особый рацион. Я сама не поем, но его голодным не оставлю.

— Оно и видно… — попятившись, меня нагло взглядом облапывает. — У тебя штаны с задницы слетают. Где купила, кстати?

— В «Глории Джинс», — подтягиваю джинсы, которые и правда на мне болтаются.

— А там, что женские модели закончились?

— Ой-ой-ой, — передразниваю шутника. — У тебя нафталиновые подколы, Потапов. Годами одно и то же. Ну нет у меня задницы. Нету!

— Маш, мама знает о твоих планах? — уже без всякого веселья интересуется Максим, когда к кассам направляемся.

— Она знает то, что ей хотелось бы знать, — отвечаю и торможу возле кучи разноцветных коробочек со сладостями. — Взять тебе кулёк? — хватаю один и трясу возле уха.

— Нет, спасибо, — грустно улыбается Макс.

Кулек всё же в тележку отправляю.

— Знаешь, я в детстве так любила кульки с утра открывать, — шёпотом сообщаю, пока в очереди стоим. — Мы с Сашкой все на диван вытряхивали, копались полдня и объедались. А в какой-то год он так налопался сладкого, что у него зуб разболелся. И мама повезла меня на «ёлку», а папа Сашку — к зубному… — на этом я умолкаю.

И тогда Максим наклоняется ко мне, приобнимает за плечо и доверительно сообщает:

— Я, разумеется, помню, какой сегодня день, Маша.

— Я, разумеется, помню, какой сегодня день, Маш.

От того, с какой преданностью Макс это произносит, у меня становится тесно под ребрами. Я лишь киваю в ответ, подергав сережку в носу, где предательски щипет. Даю понять, что даже не сомневалась. Знаю, что помнит.

Очередь тем временем понемногу продвигается, и в какой-то момент в доступности оказывается стеллаж с шоколадом. Прихватив с десяток красных квадратиков «Риттер спорта», докидываю их в тележку.

Марципан и темный шоколад. Ну что за гений придумал этот вкус?

— Ничего не слипнется? — улыбается Потапов, проследив за моими действиями.

— Мне же нечему слипаться, — напоминаю, что на моей заднице природа отдохнула.

И я почти уверена, что Макс снова собирается отвесить какую-нибудь шутку по этому поводу, когда тот наклоняется к моему уху. Однако он говорит:

— Маш, иди пока кота проверь, как он там.

— Ну… — лицо к нему поднимаю и хмурюсь непонимающе, — сейчас расплачусь и проверю.

— Я сам расплачусь, — тихо добавляет.

Не знаю, осознанно или нет, обвивает за талию и ближе к своему боку притягивает.

— Макс…

Головой качаю, собираясь возразить, как он быстро шепчет:

— Если ты меня уважаешь, то не будешь упрямиться.

Ну а я же его уважаю.

Пожимаю плечами, беру с прилавка две коробочки к гирляндами и начинаю выкладывать на край ленты остальные покупки, пока Макс не перехватывает и в этом деле инициативу, оттесняя меня к внешней стороне кассы. В общей сложности набирается три больших пакета. Макс везет их на тележке к машине, а я вприпрыжку скачу рядом. И по причине того, что на забитой парковке место мы нашли почти у самого выезда, снова успеваю промерзнуть до костей.