Книга Проще, чем кажется, страница 8 – Юлия Устинова

— Да нормально!

Мы по сугробам добираемся до темно-зеленых облупившихся ворот, но во двор попадаем не сразу. Дверь с той стороны завалило снегом, и Максим едва ворота не снес, пытаясь ее открыть настолько, чтобы пролезть и откидать снег. Лопата все же пригодилась.

— Ключ у тебя есть? — уже во дворе спрашивает, попутно расчищая дорожку от ворот к дому.

— Нет… Но он должен быть под ведром, — я снова лезу в сугроб.

— Я не вижу никаких ведер.

— Вот тут где-то, сейчас… — прямо голыми руками начинаю копаться в снегу справа от крыльца, пока не касаюсь чего-то твердого. Так и есть. Под ржавым ведром стоит бидончик, а в нем связка ключей на веревочке. — Нашла! — Руки сводит от холода, пока пытаюсь подобрать нужный ключ и запихнуть его в навесной замок. Последний подходит, только отказывается проворачиваться. — Блядская сила… Как же холодно! — дышу на ладони и снова пытаюсь открыть.

— Дай сюда, пока не сломала… — Максим идет мне на помощь. Засунув руки в карманы, прыгаю, чтобы согреться. — Задубел… Не трогай, я сам. Вэдэшку пойду принесу из машины.

ВД-40 — вещь.

Замок открывается, как новенький.

— Что бы я без тебя делала? — благодарно улыбаюсь Потапову.

— Как минимум, не оказалась бы здесь в мороз.

— Не душни. И спасибо большое. Ты всегда меня выручаешь… И ты мой лучший… Единственный. Друг. Ценю. Безмерно, — по слову отрезаю, выпуская изо рта клубы пара.

Очень уж холодно разговаривать.

— Ты же знаешь… — опустив голову, Макс сбивает о ступени крыльца снег с ботинок.

— В любое время и по любому вопросу — знаю, — продолжаю вместо него. — Спасибо, Максим, — киваю еле живая от холода. — Ты зайдешь, или разгрузимся и поедешь сразу? Темнеет, — обращаю внимание на сгущающиеся сумерки.

— Зайду… Если пригласишь, — Максим криво улыбается. — Никогда не был в деревенском доме.

От разбивающей меня дрожи и смеха шумно перевожу дыхание.

— Это надо срочно исправить.

После сеней, куда через окна проникают лучи заходящего зимнего солнца, мы оказываемся в кромешной мгле.

В доме темно, хоть глаз выколи.

Я достаю телефон, активирую фонарик и пытаюсь отыскать выключатель. Первым его находит Макс. Щелкает. Но ничего не происходит.

— Электричества нет? — спрашиваю я в панике.

— Погоди, дай сюда, — Макс просит у меня телефон и, подняв его, направляет фонарь на стены.

Эврика, в поле зрения попадает электрический счетчик!

— О, да будет свет! — щурюсь, когда Макс переключает заветный тумблер.

Однако почти сразу под абажуром раздается какой-то треск, я даже ничего толком рассмотреть не успеваю, как комната снова погружается во мрак.

— Да будет свет, сказал электрик и перерезал провода, — шутит Макс, перемещаясь под абажур. Рост Потапова позволяет заглянуть внутрь, просто поднявшись на цыпочки. После чего он оповещает: — Лампочка перегорела.

— Может, есть новая? Надо в ящиках посмотреть.

— Давай сама, — он возвращает мне телефон. — Я в чужих домах по шкафам не шарю.

И, о, чудо, лампочка в наличии! На средней полке скрипучего буфета лежат целых четыре штуки, там же я нахожу несколько парафиновых свечек и упаковку со спичками.

Дядь Миша — молодец.

Даю себе задание позвонить ему, чтобы сообщить о приезде. Все-таки хозяин дома не папа, а его старший брат. Будет некрасиво, если тот узнает, что я была в Лебедином, а его не предупредила.