Книга Псарыня-боярыня и Серый полуволк, страница 89 – Екатерина Нагорная

— Тихо! Я это. Лежи, не двигайся.

Пересвет! Ну слава богам! Я уже хотела...

В этот самый момент со стороны дороги раздался такой рёв, что уши заложило. Боярин закрыл мою голову руками, не давая ни вздохнуть, ни пошевелиться. Нос щекотала трава и, кажется, какие-то букашки. И было очень-очень страшно. Что-то пронеслось мимо, нас, к счастью, не заметив. Воздух вперемешку с дорожной пылью, взбитой большими крыльями. Снова рёв, крики и истошный свист, теперь уже где-то впереди.

Пересвет вскочил, рывком поставил меня на ноги.

— Бежим. Быстро и тихо.

Какой там бежать! Я ещё муравьёв из носа не вычихала. И пошатывало меня немного. Но обстоятельствам и боярину до этого не было никакого дела. И рядом скакал, только что не повизгивал от нетерпения, клубочек.

Пригнувшись, так, чтобы не отсвечивать среди кустов, мы понеслись. Я крепко зажала в руке косы, потому что они так и норовили остаться на каком-нибудь из кустов вместе с моим драгоценным скальпом.

* * *

Мы нырнули под полог леса. Пересвет бежал так быстро и держал меня так крепко, что часть шагов я проделывала в воздухе, по-над самой поверхностью. И ещё думала о том, что когда вернёмся, начну бегать по утрам. И пошли они все к Ящеру со своими приличиями. Мало ли какие приключения ещё впереди ждут, а у меня спортивная форма никакая, оказывается.

Потом я успела удивиться, как это боярин ловко управляется с ножнами - они и в ногах не путаются, и ни за что не цепляются. Вот хорошему воину ничего не мешает. Ни бежать, ни сражаться...

На этом мысли закончились, потому что закончился просто бег. Теперь мы уже неистово драпали, потому что где-то в стороне раздались крики:

— А! Вот они! Лови! Держи! Хватай!

Вот, значит, что это за птицы были — люди лихие, разбойнички. Утекли, значит, от того, что на дороге ревело, и снова за старое, то есть за прежнюю цель взялись. За нас.

Как там в мультфильме про поросёнка Фунтика было? «Хозяйка, пули свистели у нас над головой!» У нас свистели камни и стрелы. Ну, хоть не шипы, уже неплохо.

Пришлось немного притормозить. Пересвет перехватил мою руку другой своей и выхватил меч-кладенец — иной раз у разбойников получалось бить почти прицельно. Меч, как живой, будто изгибался, отбивая стрелу или камень, плясал в руке боярина опасно и страшно. Но врагов было больше. Что-то это мне напоминало... И очень не нравилось.

И всё же, мы бежали, пусть и не так быстро.

Нас, кажется, пытались окружать. Вот зачем мы разбойникам? У нас ведь и нет-то ничего, кроме клубка да меча. Ну ножик мой ещё. А вот, поди ж ты, привязались. В отместку, наверное, за трюк с повозкой. Так и хотелось крикнуть: «Да отвяжитесь вы уже, придурки!» Но сил на крик не было, зато было горячее желание спастись и зарубка на память — ребёнок там у нас один!

А потом сзади снова что-то взревело. Ну да, ну да. А то же скучно просто так бегать от разбойников.

— Змеевич... — прохрипел Пересвет. — Ходу, боярыня!

Разбойники как-то поскучнели и растворились в чаще леса.

Я коротко обернулась. Здоровенная золотистая тварь, вроде небольшого дракона, пробивалась за нами сквозь кроны деревьев. Ну хоть что-то её тормозило. Вот только и у нас сил оставалось всё меньше. Я так вообще болталась бесполезным грузом и только мешала, но Пересвет же меня не бросит, не такой он человек, мой муж. Дело было плохо. Швах было дело. Эх, надо было сильнее бить да крепче вязать узел. Вот что интересно, змеевич за нами гнался, а за спиной у него мешок с добром болтался. И этот жмот, несмотря на то, что груз ему мешал и задерживал, его не бросал. Впрочем, нам это не сильно помогало.