Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 92 – Джози Силвер

— Пока точно не знаю, – отвечаю я уклончиво: в конце концов, мы больше не партнеры.

Несколько минут назад казалось, что все еще да, но в действительности он втопчет меня в пыль ради бизнеса, вот и все.

— Может… объединим усилия в этом деле? – предлагает Лео. – В память о старых добрых временах?

О, как он хорош! Меня накрывает волной ностальгии из-за странного соединения обстоятельств: моей футболки на нем, бурлящего в крови адреналина, его инстинктивной попытки меня защитить. У нас точно есть общее прошлое, и, возможно, мы всегда прикроем друг друга от летающих книг, но «в память о старых добрых временах»? Серьезно? Интересно, чем бы еще он хотел заняться в память об этих временах? Сходить в бар? Покувыркаться на ковре? Он пытается увести успех у меня из-под носа любым доступным способом, и, боюсь, я не из тех, кого так легко обвести вокруг пальца!

— Тебя вроде как только что уволили, – замечаю я.

— Скарборо слишком любит телевидение, чтобы меня уволить, – качает головой Лео. – Он одумается. На следующей неделе у него съемки в шоу. Он не упустит шанса.

Я тяжело вздыхаю. Хвастун хвастуна видит издалека. Лео снова предстает передо мной в истинном свете. Даже не знаю, что на меня нашло.

Вдруг я осознаю кое-что еще:

— Ты сегодня без близняшек?

— Они заняты по выходным, – отвечает он.

Я почти забыла, что сегодня суббота.

— На общественных работах? – шучу я.

Марина бы оценила шутку: она все еще злится, что мы не рассказали Лео о происшествии в подвале.

Он бросает на меня косой взгляд, словно проверяя, что мне известно:

— Что-то вроде того.

Я не знаю, как понимать его ответ.

— Они местные?

Он качает головой, и в тишине комнаты я слышу, как он сглатывает.

— Переехали сюда с севера, чтобы работать на меня.

— Ого! Как так получилось? – спрашиваю я, удивленная такой самоотверженностью.

— Через соцсети.

Я не могу отделаться от ощущения, что он намеренно говорит расплывчато.

— Вы познакомились в социальных сетях и они переехали сюда, чтобы работать на тебя?

— Они Дарклинги Один и Два.

Я сдерживаю смех, потому что лицо его стало непривычно мягким – редкий проблеск искренности.

— Они сами выбрали никнеймы, не я. И основали фан-группу, а потом переехали сюда, чтобы работать со мной.

Я перевариваю информацию.

— Хочешь сказать, что они основали твой фан-клуб, а потом явились к тебе на порог?

Лео проводит руками по лицу и улыбается:

— Что я могу поделать, если женщины находят меня неотразимым, Мелс?

Это прозвище придумал он, больше меня никто так не называет. Оно мне нравилось, когда мы встречались. Но я больше не его девушка, и я не хочу слышать такое обращение сейчас. Оно словно говорит о том, что между нами по-прежнему существует духовная связь, по крайней мере отчасти. У меня не так уж много бывших, и Лео точно единственный, с кем я представляла будущее.

Очень современно оставаться друзьями после расставания, правда? Многие знаменитости так и поступают: съезжаются, разбегаются, а через пару месяцев в Сети мелькают фото, на которых они едят сэндвичи в Риджент-парке или пьют мокко фраппучино с двойным шоколадом и кокосом на овсяном молоке в Камдене. Впрочем, Шропшир далеко от Лондона, и наш кофе в основном быстрорастворимый, но суть та же. Я не настолько вспыльчива, чтобы рвать совместные фотографии в клочья или сжигать его одежду, и если судить по футболке Лео, он тоже. С меня хватит тратить силы на ненависть к нему за то, что он предпочел мне яркие огни Лондона. Тогда я сильно страдала, но мне стало легче, когда он вернулся через несколько месяцев, ведь за пятнадцать минут в эфире раз в неделю платили недостаточно, чтобы покрыть заоблачную аренду.