Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 93 – Джози Силвер

Сейчас нас можно назвать разве что неловкими друзьями, которые видели друг друга голыми. Время от времени Лео говорит или делает что-то намекающее на сожаление о расставании. Но если оперировать цифрами, я сказала бы, что забыла Лео Дарка на девяносто процентов, а оставшиеся десять – ностальгические романтические чувства, и их не хватит, чтобы я позволила ему снова разбить мне сердце.

— Мне, пожалуй, пора. Надо найти Лестата, – говорю я, вставая. – Было… – Я пытаюсь подобрать подходящее определение для этого утра. – Занятно.

Однако я меняю план и поднимаюсь по узкой лестнице на чердак, ожидая найти там Айзека. В его любимом кресле, да и вообще во всем помещении никого. Я продолжаю искать по всему дому, но Айзека и след простыл.

Возможно, утро у него выдалось такое же бурное, как и у меня, и ему нужно время, чтобы зализать раны. Или же он намеренно меня избегает, чтобы не обсуждать Чарльза. В любом случае нет смысла слоняться по особняку, поэтому я забираю Лестата с дивана в гостиной и, раздосадованная, возвращаюсь к Бабе. Все пошло не по плану. Когда я дохожу до садовой калитки, из дома разносится крик Донован Скарборо:

— Кто притащил сюда гребаный телик?!

Я пускаюсь бежать.

— Мелоди, дорогая, сегодня вечером у меня званый ужин, и в последнюю минуту Роуз сказала, что не придет. Ты ведь не сильно занята, сможешь ее подменить? Ты знаешь, как меня огорчает несбалансированный стол.

— О, я невероятно сильно занята.

Вернувшись из Скарборо-хауса, я позволила носу увлечь меня на мамину кухню и тут вспомнила, почему она так яростно готовит: для очередного званого ужина.

Когда она отворачивается, чтобы поставить в духовку бисквит, я подтягиваю к себе пустую миску и провожу пальцем по краю, собирая сырое тесто. Не думаю, что мама вообще приглашала Роуз, коллегу по радио. Нет, больше она не застанет меня врасплох.

— Попроси бабушку.

— Я и так иду.

Облаченная с ног до головы в вишнево-красный наряд для йоги, бабушка согнулась пополам на кухонном коврике и смотрит на меня снизу вверх из-под коленей.

— Попроси… не знаю, кого-нибудь еще. Кого угодно. Только не меня.

— Сейчас четыре часа, суббота, кто согласится в последний момент? – Мама огорчена. – Я готовлю паэлью. Она ведь тебе понравилась.

— Верно, пальчики оближешь. Оставьте мне немного. Прости, мама, у меня планы на завтрашний вечер.

— Что такого важного, что ты не можешь перенести и выручить родную мать? – недовольно вздыхает она.

Я называю единственное, что способно спасти меня от попадания в немилость:

— У меня свидание.

— Свидание? – мгновенно оживляется мама. – Ну-ка, рассказывай! С кем? Где?

Черт! Надо было подготовиться.

— В… кино. Это свидание вслепую. Все устроила Марина.

— Марина? – Мама выглядит чуть менее радостной.

Она любит мою подругу едва ли не больше, чем меня, и поэтому тоже прекрасно знает о ее слабостях. К любому свиданию, которое устраивает Марина, следует относиться с большой осторожностью. У нее на любовном фронте дела еще плачевнее, чем у меня, в основном из-за того, что она пугает мужчин до чертиков.

— Кажется, она упоминала троюродного брата, который приехал в гости.

Боже, что я несу? Не умеешь врать – не берись!

— С Сицилии? – не на шутку пугается мама. – Милая, я не хочу, чтобы ты все бросила и уехала в Италию!