Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 70 – Джози Силвер

— Нас тут всех убьют?

Ее дрожащий шепот только усиливает мой ужас. Марина не из тех, кого легко напугать, о нет. И я тоже. Я вижу призраков, в конце концов! Я официально непробиваемая.

И лишь Айзек совершенно невозмутим, скорее всего, потому, что лишь он один не страшится неминуемой смерти по причине весьма очевидной – он уже мертв.

— Пойду разведаю, какого черта там происходит, – раздосадованно говорит он.

Айзек растворяется в воздухе, отказываясь от своей обычной привычки соблюдать правила живых, поскольку в данных обстоятельствах скорость имеет первостепенное значение.

— Впервые в жизни мне хочется стать призраком, – шепчет Марина, когда я сообщаю команде о действиях Айзека.

— Не исключено, что через несколько минут возможность у тебя появится, – мрачно шучу я.

Подруга, ясное дело, не смеется. Начинает было огрызаться, но я шикаю на нее, заслышав голоса наверху.

— Айзек с кем-то спорит… кажется, с Ллойдом?

— О чем они говорят?

— Тише! – велю, махая рукой в темноте и напрягая слух.

— Я тоже их слышу, – внезапно говорит Арти, хватая меня за руку. – Боже мой! Мелоди, я слышу призраков!

Марина отпускает мою футболку.

— Извини, Арти, но если только мы оба не получили по башке и не умерли одновременно, то там, наверху, есть живые, потому что я тоже их слышу.

Она замолкает, и какое-то время единственный звук в подвале – наше тяжелое дыхание.

— Кажется, голос женский?

Мы все напрягаем слух. Верно. Среди сердитых пререканий Айзека и Ллойда раздаются более тихие женские голоса. На мгновение возникает опасение, что вновь прибыла бабушка, но зачем ей запирать нас в подвале? Я прислушиваюсь тщательнее и вскоре понимаю: нет, голос не бабушкин и я не узнаю говорящего.

— Просто поднимусь и постучу в дверь. – Марина направляется к лестнице, но я хватаю ее за руку:

— Подожди. Пришедшие наверняка знают, что мы здесь, вряд ли можно проглядеть Бабу у дома, согласись? А значит, заперли нас здесь намеренно. Дай я сама попытаюсь что-нибудь выведать.

Крошечными шажками поднимаюсь по ступенькам и прикладываю ухо к двери. Сейчас мне отнюдь не помогает способность слышать призраков, поскольку из-за громкого спора Айзека и Ллойда с трудом удается различить приглушенные женские голоса. Чертов Айзек! Если бы он просто вернулся к нам, мы бы разрешили вопрос намного быстрее.

— Почему же ты их не остановил, старый дурак? – возмущается он.

— Может, потому, что я мертв уже больше пятидесяти лет? – отвечает Ллойд.

— Ты мог их напугать или отвлечь, что угодно, лишь бы они не запирали дверь, – рычит Айзек. – Признай, ты счастлив видеть, как этих детей там закрыли.

Меня немного коробит определение «дети». Мы – его единственная надежда во всем разобраться, не умрет же он, проявив к нам хоть немного больше уважения? С другой стороны, он родился в 1887 году, так что, пожалуй, можно простить ему такое выражение.

— Ну а ты проследил бы, чтобы мисс Биттерсвит и ее соратники закрыли за собой дверь, – ворчит Ллойд.

— Я, черт побери, так и сделал бы, если бы хоть на мгновение подумал, что в дом могут войти посторонние и запереть их. Когда они пришли?

— Не заметил.

— Черта с два!

— Вообще-то, это правда, Айзек.

— Ллойд с Айзеком ругаются, и только что подошел Дуглас, – сообщаю я Марине и Арти.