Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 106 – Джози Силвер

— Поиски чего именно? – спрашивает Ллойд, барабаня пальцами по столу – так громко и нетерпеливо, что мне странно, как не слышат Марина с Арти.

— Орудия убийства, – отвечаю и внимательно наблюдаю за его реакцией.

На мгновение в его глазах словно бы мелькает гнев, а затем, внезапно вспыхнув, Ллойд исчезает. Люди в таких случаях сердито удаляются прочь.

* * *

Айзек приветствует нас из своего кресла.

— Сегодня без собаки?

— Оставили ее с моей бабушкой.

— Насколько я могу судить по одной встрече, собаку ждет интересный день.

Вероятно, он прав: бабушка упомянула, что хочет отвести Лестата в спальню и познакомить с моим дедушкой, большим любителем псовых.

— Как я погляжу, вы во всеоружии. – Айзек смотрит на молоток и стамеску, которые сжимает в руках Арти.

— Мы хотим продолжить поиски. – Я улыбаюсь, настроенная решительно. – Вы не против, если мы начнем отсюда?

Айзек качает головой:

— Я сам пытался искать, но многие коробки плотно закрыты, и я с ними не справляюсь. – Он вытягивает старые трясущиеся руки с таким видом, будто их немощь его оскорбляет.

— Даже когда вы в приступе книгошвыряния?

Он выглядит чуть сконфуженным.

— Я не стал бы кидать книги в вас.

— Не думаю, что разумно было швырять их в кого угодно. – Я вспоминаю перепуганные лица потенциальных покупателей, не говоря уж о кровавой ссадине над глазом Лео.

Марина вручает нам с Арти по паре перчаток:

— Облачаемся, народ. Мы же не хотим скомпрометировать возможное место преступления.

— Благодарю, детектив Диас. Правда, учитывая, что преступление произошло более ста лет назад, думаю, бояться нечего.

Я добавляю аллюзию на ее любимый сериал «Бруклин 9–9»: она чувствует такое же духовное родство с Розой Диас, как я – с Элеанор Шеллстроп. И все же я натягиваю перчатки. Если нам улыбнутся боги удачи и мы найдем орудие убийства, надо извлечь из него хоть какую-то пользу. Айзек упоминал, что при первом расследовании вся семья, как и положено, предоставила отпечатки пальцев, и есть надежда, что современная экспертиза сможет идентифицировать отпечатки на ноже, если его с тех пор никто не трогал.

Когда Марина с Арти пробираются в дальний конец чердака, чтобы начать поиски, я поворачиваюсь к Айзеку:

— Вы знаете, кто жил в доме с девятьсот десятого года?

Он сосредоточенно хмурится, мысленно возвращаясь в прошлое:

— Ну разумеется, мои родители, а после смерти отца в восемнадцатом году мама осталась здесь одна. Ллойд женился на Мод, они с сыном жили неподалеку, а когда умерла мама, то переехали сюда. – Он фыркает и качает головой. – Уверен, он с радостью стал хозяином поместья. Видит бог, из всех нас именно его заботил высокий статус в обществе.

Он с отвращением кривит губы. Я делаю пометки, чтобы ничего не забыть.

— У них были еще дети?

— Только один.

— А у вас? – спрашиваю мягко. – У вас были дети после Чарльза?

Он мрачнеет и качает головой. Я ожидала такого ответа, но хотела убедиться.

— Значит, предположительно, Ллойд с женой прожили здесь всю оставшуюся жизнь?

— Он уже овдовел, когда в шестьдесят восьмом году я вернулся сюда в этом обличье. – Айзек указывает на свое призрачное тело. – Разумеется, Дуглас уже был тут, и мы оба ждали Ллойда в гостиной до семьдесят первого.

Я вспоминаю наш первый разговор с братьями о смерти Ллойда. Прошло всего три недели, а кажется, что мы ездим в этот дом гораздо, гораздо дольше.