Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 103 – Джози Силвер

* * *

— Присцилла Элизабет Хенсон, – произношу я имя матери Чарльза примерно в сотый раз с тех пор, как мы вернулись в офис. – Нам известно только, что после Первой мировой войны она работала медсестрой в Халле и что двадцать второго июня двадцатого года родила Чарльза Фредерика, предположительно, Хенсона.

— Моя мама такое обожает, – усмехается Арти. – Она прямо фанат генеалогии: проследила родословную моего дедушки вплоть до четырнадцатого века или около того. Схема висит на стене у нас в коридоре.

Мы с Мариной медленно поднимаем на него глаза. На самом деле мы понятия не имеем, с чего начать, но, видимо, у Арти дома прячется генеалогический гений.

— Мой двоюродный прапрапрапрапрадядя Катберт умер от Черной смерти, – продолжает он с серьезным видом. – Вот почему мама разрешает мне кормить Пандору крысами.

— Пандора – это питон, полагаю? – с содроганием уточняю я.

— Папа назвал ее в честь Пандоры из «Адриана Моула»^[20], – кивает Арти, – своей первой влюбленности.

Я не понимаю отсылки, но знаю, что иногда нужно просто кивнуть, и это как раз тот случай. Смотрю на часы и закрываю ноутбук.

— Уже пять, народ. Арти, как думаешь, твоя мама согласится нам помочь что-нибудь раскопать? Судя по твоим рассказам, она знает, с чего лучше начать.

— Мама любит расследовать всякое, – с воодушевлением кивает он.

За Арти с Мариной с грохотом захлопывается дверь, и я остаюсь наедине с Лестатом.

— Снова только мы с тобой, – говорю я псу.

Мопс исчезает за спинкой дивана и появляется с другого конца с куччидати нонны Малоне в зубах. Я с отвращением швыряю в него карандашом, но, глядя, как он укладывается на полу и жует печенье, вынуждена признать: пес похож на меня больше, чем казалось.

* * *

Я не любительница выпить, но сегодня вечером не помешает стаканчик бренди перед сном. Меня вгоняет в уныние почти каждая сторона моей дурацкой жизни, и я надеюсь, что алкоголь утихомирит мысли настолько, чтобы получилось нормально отдохнуть. Но во сне я вижу героев войны и супергероев, факты, перемешанные с вымыслом, фантазии, пронизанные безысходностью. Я не помню деталей, но просыпаюсь с мокрыми щеками, и вовсе не из-за Лестата, который вылизывает мне лицо, потому что ему надо пописать.

* * *

— Так, ребята, давайте начнем утро вторника бодро. – Я поворачиваю стул и указываю пальцем на Арти, который замирает у холодильника с бутылкой молока. – Арти, нам позарез нужны хорошие новости с фронта семейных расследований.

Я посмотрела утренний повтор «Стажера» и теперь управляю подопечными как настоящая акула бизнеса. Нет, никаких увольнений, просто теперь я понимаю, что вся ответственность лежит на мне. Это мое агентство, которое я построю сама и не позволю уговорить себя делиться успехом с Лео Дарком.

Арти пугается, оказавшись в центре внимания, и нервно чешет шею.

— Э-э… вчера вечером ей нужно было кое-куда уйти. Но она займется делом сегодня. Возможно, даже прямо сейчас уже занимается, пока мы разговариваем, – говорит он дрожащим голосом.

Я переживаю, что переборщила с деловым подходом. Не хотела пугать парня до полусмерти, а его мама даже не получает от меня оплату.

— Прекрасно, Арти, – хвалю я. – Отличная работа.

Он облегченно вздыхает и наливает молоко в свежезаваренный чай.

— Марина? – Я кручусь на стуле, поворачиваясь к ней лицом.