Книга Межгорье, страница 146 – Юлия Устинова

— Предлагаешь приползти обратно к нему на коленях? После всего, что он наговорил? После того, что я ему рассказала? Нет… — качаю головой.

— Ну а как же любовь? — осторожно спрашивает женщина.

Я хватаюсь за грудь, сердце колет от тоски, в желудке тоже неспокойно, даже немного подташнивает.

— Лиля, мне и так хреново, — жалуюсь я. — Я не знаю! Я и с ним не могу больше, потому что чувствую, что впереди у нас нет ничего. А без него, как будто, в жизни вообще не осталось никакого смысла.

— Никогда так не говори! — сердито обрывает меня Лиля. — Молодая, здоровая, руки-ноги на месте… — и тут же смягчается. — Все еще будет.

Я горько усмехаюсь, вспоминая те четыре года в детском доме… Там никто не принадлежит сам себе — просто общая масса, где за тебя решают, когда вставать, когда есть, когда принимать душ. Я так мечтала поскорее выйти оттуда, чтобы вздохнуть свободно вот с этим самым ощущением, что у меня “все еще будет”, но что меня ожидало? Комната в прокуренной квартире, которую я и прежде не могла назвать своим домом, нищета, вечно пьяная недовольная мать, ее безразличие. С тех пор прошло почти семь лет, а я так и осталась при своих.

— Понимаешь, я же сбежала сюда от проблем, думала, отсижусь, решу, что делать дальше. И вот спустя полгода я все там же — ни кола, ни двора… — пытаюсь сформулировать свои мысли, чтобы Лиля не думала, что мое поведение — просто эскапада, дурная выходка сытой бабенки. — А я так хотела стать независимой, чтоб была сама себе хозяйкой.

— Скажу из личного опыта, это не так уж и весело, — грустно замечает Лиля. — Даже больше скажу, на самом деле, многим, даже очень сильным и независимым женщинам, хочется зависеть от мужчины, хочется его слушаться, разделить с ним свои тяготы… И все эти разговоры о самодостаточности заканчиваются, стоит только встретить того самого.

— Выходит, Клим — не тот самый, — бормочу я.

И мое глупое сердце делает под ребрами такой невообразимый кульбит, что даже дыхание перехватывает.

— Не руби с плеча.

Я поворачиваю голову к окну и разминаю напряженные мышцы шеи. Такое ощущение, что я каменею.

— Уже было рано… Наворотила дел. Еще и Андрея подставила… Может, не стоило оставлять их одних? Как думаешь, они там не передерутся? — меня пронзает тревожное чувство.

— Не знаю, — Лилия тоже тяжело вздыхает. — Ты с ними дольше знакома, — наконец она приподнимает свои аккуратные бровки и загадочно мне улыбается.

Я тут же смущаюсь, понимая, к чему клонит женщина.

— Да уж…

— Только давай без вот этого… — Лиля строит кислую мину. — Я не собираюсь тебя проклинать из-за того, что у вас там было с Андреем когда-то. Скажу честно, я даже подозревала что-то такое между вами.

— Правда? Почему? — я оживляюсь.

Лиля опускает глаза и задумчиво покусывает губы прежде, чем ответить.

— Андрей ведет себя с тобой так, будто ты для него близкий человек — сестра или дочь, и складывается впечатление, что он давно и очень хорошо тебя знает. Но ты тут недавно, по жизненным меркам, так что, я подумала, что… — в ее глубоких карих глазах мелькает озорство.

— Я была его любовницей? — мои щеки заливает горячая краска.

— Да, — Лиля просто пожимает плечами.

А я испытываю облегчение, заметив, как спокойно она реагирует.

— Это нельзя было назвать отношениями. Ни о какой любви ни моей, ни с его стороны и речи не шло. Так… Интрижка… Просто с ним ужасно интересно и… — наши взгляды пересекаются.