Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 20 – Полина Раевская

Медленно приподнимаю бедра, чувствуя, как липкий воздух прогуливается по влажным ногам и пояснице. Меня начинает колотить, пульс шарашит, как ненормальный, а руки дрожат. Непослушными пальцами вытаскиваю пуговицу-болт, потом расстегиваю молнию и медленно, зная, что Тимур наблюдает, стараюсь, как можно грациозней снять с себя шорты.

У меня нет ни стеснения, ни сомнений, только медленная, сладкая капитуляция перед тем напряжением, что мой божественный мужлан создает одним лишь взглядом. Все во мне растворяется в его жадном внимании, остается лишь жажда и потребность в нем, будто я существую только для него, только для того, чтобы он смотрел. Дрожь пробегает от бедер к груди, и каждая клетка кажется готовой откликнуться на этот тонкий, гипнотический контакт.

Вытянув ноги, демонстрирую себя в простых хлопковых танга, промокших насквозь, но мне абсолютно плевать, в этот момент ощущаю себя неуязвимой и живой, как никогда. Меня захлестывает ощущением полного присутствия.

божественный_мужлан

послушная девочка

Это сообщение заключительный аккорд нашей прелюдии, апогей, после которого либо мы даем выход этому скручивающему в бараний рог желанию, либо падаем в пропасть разочарования и неудовлетворенности, но я даже представить не могу, что жизнь может продолжиться, если Тимур сейчас не спустится и не коснется меня.

Да, диагноз, однозначный — полный отлет крыши, но, как говорится, через съехавшую крышу лучше видно звезды. И они вспыхивают на моем небосклоне, потому что верхняя, боковая полка начинает поскрипывать, Тимур приподнимается на локтях, а потом легко и быстро спускается в проход. Меня бросает в холод, и внутри все резко обрывается. Становится вдруг дико страшно. Ведь это только в фантазиях все легко и просто, а в реальности…

Возможные последствия калейдоскопом проносятся в мыслях. Сглатываю тяжело и смотрю, как Тимур приближается, будто в замедленной съемке. Воздух вокруг меня сгущается плотной массой, а сердце начинает колотится с такой силой, что кажется, еще чуть-чуть и разбудит весь вагон.

Сейчас бы, наконец, прийти в себя, сдать назад, но с каждым шагом Тимура адреналин в моей крови повышается в геометрической прогрессии с опасностью, подогревая безрассудство и страсть.

Затаив дыхание и дрожа всем телом, слежу, как Тимур садится на мою полку сбоку. Даже без прикосновения меня пробивает током от его близости и этой сносящей разум энергетики, подчиняющей меня, делающей безвольной, жаждущей, забывающей обо всем и всех вокруг.

Приподнявшись, застываю в паре сантиметров, чувствуя его горячее, мятное дыхание и запах пыщущей жаром и желанием кожи, от которого меня в очередной раз ведет, доводя возбуждение до предела. Я становлюсь просто безбожно мокрой и невольно сжимаю колени, что не остается незамеченным.

Глаза в глаза. Его взгляд алчный, дикий, как у хищника, который в секунде от того, чтобы взять свое. Мы говорим без слов, каждый судорожный, шумный вздох — это диалог, в котором лишь два слова «хочу тебя». Не выдержав накала, будто загипнотизированная тянусь к моему божеству, чтобы попробовать его, наконец, на вкус, наощупь, но в миллиметре от губ, он обхватывает рукой мое лицо и грубовато сдавливает пальцами щеки, заставляя приоткрыть рот.

Непонимающе застываю, осоловело моргая, но это длится лишь секунду. В следующую Тимур отворачивает мое лицо от своего.