Книга Пламя греха, страница 10 – Лаура Пеллегрини

— Вовсе нет, просто ненавижу, когда он указывает мне, что я должна носить или как себя вести.

— Лулу, ты же знаешь, какой Дамиано?

— Он чёртов мачо, вот он какой.

— Нет, он заботится о тебе.

— Пожалуйста! Бесконечная тема юбки? На улице тысяча градусов! Что я должна была надеть, лыжный костюм?

— Молодец, тебя посетила отличная идея, — каркает Дамиано, проходя мимо нас и продолжая идти.

— Ты сегодня просто невыносим! — кричу ему вслед, и он посмеивается.

— Поторопись, Ви, фуникулёр ждать не будет!

Вито мило улыбается и галантно предлагает мне руку.

— Мисс…

— Сэр… — отвечаю я, беря его под руку.

— Вам не кажется, что воздух сегодня, скажем так, жарковат? — шутит Вито, изменяя свой голос так, словно он человек из другой эпохи. Я смеюсь.

— О, сэр, вы абсолютно правы! Кто знает, может, немного моря и несколько волн, возможно, очень высоких, смягчат чей-то нрав! — отвечаю, в свою очередь, повышая голос в сторону Дамиано.

— Боюсь, для этого нужно гораздо больше, чем несколько очень высоких волн, — притворяется обеспокоенным Вито.

— Вы правы, сэр, может, привязать к талии валун?

— Если бы не знал вас так хорошо, то мог подумать, что ваши дружеские отношения сомнительны — продолжает он, и Дамиано резко останавливается, пристально всматриваясь в нас. Мы подходим к нему с улыбками на лицах.

— Возможно, ты чувствуешь опасность? — поддразниваю, играя с юбкой.

— Думаю, он трепещет, — предполагает Вито.

— Вы закончили?

— Кстати, ты, как всегда, пришёл последним, — красуюсь я. — Ты ведь знаешь, каким будет твоё наказание, не так ли, идиот?

— Я сброшу тебя с фуникулёра, Ви, — невозмутимо отвечает он, а я разражаюсь смехом.

— Нет, ты слишком сильно меня любишь, чтобы сделать это. Давай, идём! Я обещала себе утопить тебя.

— Всегда любезна, да, Лулу?

— Всегда!

Дамиано

Солнцезащитные очки на носу, сигарета между пальцами, голова раскалывается. Прислонившись к чёрному седану, что привёз меня сюда, я жду, когда мой частный самолёт будет готов к вылету. Хочу вернуться домой и оставить как можно больше миль между собой и этим городом. Между мной и ею.

Вито стоит рядом со мной, смотрит на мой профиль. Я знаю, ему есть что сказать, поэтому игнорирую его, надеясь, что он понимает, — сейчас не время перечислять опасения. До сих пор не могу осознать, как согласился пустить в свой дом Людовику. Я делаю длинную затяжку и с шумом выпускаю дым.

— Ты дал инструкции, о которых я говорил? — спрашиваю вполголоса.

— Конечно.

Я отталкиваюсь от машины, оглядываюсь по сторонам, но мои мысли устремляются только туда, к ней. Что за блядская ситуация!

— И что они сказали? — спрашиваю через некоторое время.

— Кто? Риццо?

— Э…

— Ничего. Что они должны были сказать?

Делаю последнюю затяжку, а затем щелчком отбрасываю окурок.

— Хочешь меня о чём-то спросить? — осторожно спрашивает Вито.

Смотрю на него через плечо.

Да, есть одна вещь, но я прикусываю язык и отворачиваю взгляд в сторону пока пустой взлётно-посадочной полосы.

— Сколько времени нужно, чтобы вытащить этот чёртов самолёт? — теряю терпение я.

Под взглядом друга я начинаю вышагивать взад-вперёд, как имбецил.

— Он почти готов, вот увидишь, и в любом случае — нет, её я не видел, — говорит он в упор, и я замираю на месте.

— Не помню, чтобы спрашивал тебя о ней, — говорю сквозь зубы.