Книга Пышка для хозяина гор. Свадьбы не будет!, страница 4 – Моника Берг

— Д-доброе утро, Давид Русланович… — выдохнула Злата, чувствуя, как щёки заливает густая пунцовая краска. — Вы вчера не сказали, что вы…

— Ты сама назначила меня в охрану, я не стал спорить с такой строгой хозяйкой кухни, — с едва заметной усмешкой в усах ответил он тихо, только для нее, но тут с кресла с недовольным видом поднялась невеста Инга.

— Давид, ну наконец-то! — капризно протянула Инга, подходя к столу и брезгливо глядя на дегустационный поднос в руках Златы и на саму девушку. — Я тут как раз собиралась уволить эту кондитершу! Ты только посмотри на её торт: там же сплошные сливки, масло и сахар! Да и на саму повариху взгляни — сразу видно, что человек не знает меры в калориях! На моей свадьбе будут светские гости из Москвы, нам нужен низкокалорийный веганский десерт на стевии, а эту пышку отправь обратно в её Петербург!

В зале повисла звенящая, мёртвая тишина. Флористы и официанты опустили глаза в пол. У Златы от публичного оскорбления защипало в носу, но она гордо вскинула подбородок, уже готовясь снять фартук, положить его на стол перед заносчивой московской куклой и уехать из этого замка в ту же минуту.

Но она не успела сделать и одного движения. Лицо Давида Аланова при словах Инги потемнело так страшно, что в солнечном зале словно погасили свет.

Он медленно повернулся к Инге, засунув одну руку в карман чёрных брюк, и его голос прозвучал тихо, но с такой сокрушительной, ледяной мощью, что у невесты мгновенно пропала улыбка.

— Ты в моём доме смеешь открывать рот на человека, которого я лично пригласил как лучшего мастера страны, Инга? — процедил Давид, делая шаг к побледневшей блондинке. — И смеешь попрекать куском хлеба и женской красотой девушку, один мизинец которой стоит дороже всех твоих силиконовых подружек вместе взятых?

— Давид, я просто хотела как лучше для фигуры гостей… — пролепетала испуганная Инга, отступая на шаг.

— Гости едут в горы на кавказский пир, а не в твою клинику для дистрофиков! — отрезал хозяин замка. — Злата Вяземская остаётся главным шефом банкета с двойным гонораром. А ты, Инга, сейчас же извинишься перед ней. Вслух. При всех. Иначе твой отец сегодня же вечером получит обратно свои бумаги о слиянии наших компаний без моей подписи!

У Златы перехватило дыхание: жених только что на глазах у тридцати человек персонала пригрозил разорвать династическую сделку и отменить свадьбу, если невеста не извинится перед кондитером за слово «пышка»! Инга, трясясь от бешенства, но до смерти боясь гнева отца, чей бизнес зависел от инвестиций Аланова, сквозь зубы выдавила:

— Извините, Злата. Я погорячилась.

После чего развернулась и на шпильках вылетела из зала. А Давид повернулся к остальным декораторам и коротко бросил:

— Все свободны на полчаса. Мы с шеф-кондитером утвердим оформление главного яруса наедине.

Когда двери зала закрылись за последним флористом, Злата стояла у пятиярусного торта с бордовыми розами, не зная, куда деться от бури чувств в груди. Давид подошёл к ней вплотную, возвышаясь над ней в своей чёрной рубашке и глядя сверху вниз с такой жаркой, собственнической нежностью, что она вся задрожала.

— Зачем вы так с ней, Давид Русланович? — прошептала она, поднимая на него сияющие глаза. — Она же ваша невеста, у вас послезавтра свадьба!