Книга Забвение, страница 70 – Анастасия Пименова

— Ты слишком спокоен для того, кто ничего не знал! — Ник снова бросается, и я вижу, как его кулак сжимается, нацеленный в лицо Джеймса.

— Прекратите! — почти кричу я.

Джеймс успевает блокировать удар, но Ник и не собирается останавливаться.

— Ник! — я почти кидаюсь к ним, но Аксель оказывается быстрее. Парень подлетает и пытается оттащить Ника от Джеймса. Вдвоем они справляются с ним, когда Джеймс тыкает пальцем в сторону Николаса.

— Думаешь, я рад, что мой отец сидит там?!

— Остыньте, оба, к чёрту, — голос Акселя ленивый, но в нём сквозит сталь. — Мы не на какой-то там арене, если вы забыли.

Ник всё равно рвётся вперёд, дыхание у него сбито, глаза полыхают.

— Если с моим отцом что-то серьёзное… если они его… — его голос срывается, и я впервые за всё время вижу в нём не только ярость, но и отчаяние.

— Я тут при чём?!

В коридоре на секунды повисает тишина, когда я смотрю на этих двоих и на Акселя, который качает головой и лениво цокает языком.

— Вот уж цирк, — бурчит он и отпускает Ника.

Линия челюсти Джеймса сжимается, когда он смотрит на Ника:

— Если я не дал отпор тебе сейчас, Максвелл, то только по той причине, что вошел в твое положение. Но впредь, если ты кинешься на меня, то будь готов к последствиям.

— Твои угрозы на меня не подействует, как и твоего папаши или Леванта.

Джеймс делает крохотный шаг, когда я делаю сразу три и встаю перед ними.

— Прекратите. Всем нам нужно остыть. Аксель прав.

— Ты уже соглашаешься со мной, Брайс? Скоро так лучшими друзьями станем.

— Боже! Ты можешь не язвить хотя бы минуту?!

На моё высказывание он усмехается и взмахивает рукой.

— Делать мне здесь больше нечего. Я пойду. Если всё же подеретесь, то сделайте это хоть красиво. А тебе, — взгляд Акселя находит мои глаза, — советую не попадать под их горячие руки.

Он уходит.

Джеймс тоже поступает также, и мы с Ником остаемся вдвоем, когда я подхожу к нему и кладу руку на плечо.

— Я должен увидеть отца, Шоу. Понять, что произошло на самом деле.

— Я пойду с тобой.

Парень лишь кивает, и мы не заговариваем до тех пор, пока идем к медицинскому отсеку.

Конечно, я тоже в это не верю. Что Феликс Максвелл упал с лестницы. И случилось это всё в момент, когда его сын был на задании.

Мы сворачиваем в нужное крыло. Стены здесь белые, слишком белые, глаза режет, и от этого мне становится не по себе.

Воздух в этом месте стерильный, пахнет металлом и чем-то резким, от чего пробегают мурашки по коже.

— Мистер Максвелл! — раздается голос девушки, которая встречает нас почти у входа. — Меня предупредили… Я провожу вас к вашему отцу.

Конечно, её уже предупредили. Совет.

Взгляд неизвестной быстро перемещается на меня, а после на Ника и она выдает ему улыбку, когда я хмурюсь. Как можно в такой ситуации улыбаться? И это не похоже на обычную вежливость.

Она ведет нас дальше по коридору и останавливается у закрытой двери, после чего вновь кидает на меня взгляд:

— Вход, кроме членов семьи и Совета для остальных запрещен.

Я даже не успеваю ничего сказать, лишь выгнуть бровь, когда Ник останавливается перед дверью и смотрит на девушку так, что её натянутая улыбка начинает гаснуть прямо на глазах.

— Если думаешь, что я оставлю её за дверью, — его голос звучит низко, жестко, — то пока можешь беги сразу же к Совету. Может, тебе ещё повезёт остаться с целым лицом.