Книга Дым над Берлином, страница 13 – Ориана Рамунно

— Отпечатки с пистолета сняли? – спросил он у Небе.

— Криминалисты делают все, что в их силах, но… Похоже, сын трогал оружие. Мальчик обнаружил тела.

Гуго покосился на пустоту, оставшуюся после трупов, и произнес:

— Если меня вынудят работать в подобных условиях, я сотрудничаю с уголовной полицией в последний раз.

Небе не шевельнулся. Он с лукавой покровительственной улыбочкой смотрел на Гуго. Затем спросил Лукаса, стоящего у зеркала:

— Эдер, что говорят в отделе о Фишере?

— Что герр Фишер – лучший криминолог рейха, герр группенфюрер.

Небе развел руками. Гуго понял, что его обвели вокруг пальца.

— Так что я полностью полагаюсь на твои выдающиеся способности, – продолжил Небе. – До сих пор ты меня не подводил – думаю, и этот раз не станет исключением. Да и случай простой, почти элементарный. Найди любовника, Фишер, и как можно скорее. Когда у нас будет мотив, я со спокойной совестью закрою дело.

Гуго сдался. Не стоило ввязываться в бессмысленную перепалку с этим человеком. Он уважал Небе, но тот, как ни крути, был эсэсовцем.

— Хотя бы с детьми мне дозволят поговорить?

— Ну разумеется. Только не нагнетай, пожалуйста. Бедные дети и так видели то, чего не должен видеть ни один ребенок.

— Ты видел то, чего не должен видеть ни один ребенок. – Эдмунд натянул ему берет чуть ли не на нос, потом вдруг сдернул. – Нет, не будем прятать глаза. Огромные, светлые… Никому и в голову не придет, что у еврея могут быть такие глаза.

— А мы что, не люди? – Йоиль сердито уставился на старика. – У моей тети такие же глаза, как у меня. И у фрау Леви с третьего этажа они были светлыми…

— Ну, если послушать моего кузена, то нет. Дай-ка руку.

Йоиль послушно протянул руку. Эдмунд плотно забинтовал ему предплечье, прикрыв татуировку. Завязав узелок, спросил:

— Ну, как ты поранился?

— Бежал в бомбоубежище и оступился на лестнице.

— Одно точно: ты куда умнее многих евреев, – пошутил Эдмунд. – В общем, держи язык за зубами и пристально ни на кого не смотри, лады? Ты не представляешь, как много может сказать наше тело.

Старик наклонился и поцеловал его в лоб. Йоиль зажмурился. Запах табака напомнил о комнате, где отец обычно курил с университетскими коллегами в Болонье теплыми весенними вечерами.

— Знаешь, как долго я просил Гуго подарить мне внуков?

Эдмунд порылся в шкафчике в прихожей, ища ключи. Достал из ящичка паспорт, который Тристан Фогт сделал для Йоиля, помогая бежать из Аушвица. Йоиль частенько рассматривал фотографию сына Фогта в этом паспорте, всякий раз удивляясь сходству. Как две капли воды. Только того мальчика звали Бастиан и жил он не в Болонье, а в Баварии. Фамилия Фогт рядом с именем была аккуратно стерта, а на ее место вписана фамилия Фишер. То же самое проделали с датой рождения. Все прочее осталось неизменным. Никто бы не заподозрил, что паспорт фальшивый. Потому что это и не фальшивый паспорт.

Эдмунд сунул документы в карман, и они вышли из квартиры. Заперли дверь на ключ, спустились по еще целой лестнице. Правда, на первом этаже образовалась небольшая дыра в стене, куда задувал ветер, но дом пока выдерживал бомбежки.

Выйдя на улицу, Йоиль с непривычки сощурился от яркого солнца.

— Так вот, я сто раз спрашивал, когда Гуго подарит мне внучка, но его вечно занимало что-то другое.