Книга Первый ящик снизу, страница 36 – Паоло Дельмастро

Прокурор вздохнул. Это было похоже на знак капитуляции.

— Хорошо, можете продолжать. Но помните, что я не позволю вам тратить казенные деньги зря, — сказал Конти, вставая.

Затем он обратился ко мне:

— Мы нанимаем вас консультантом прокуратуры. Вашу работу будет координировать комиссар Манкузо. Просто чтобы внести ясность: мы ожидаем, что вы быстро предоставите нам важную информацию. Мы здесь не для того, чтобы кроссворды разгадывать.

Произнеся эту тираду, Конти направился к двери.

Манкузо сделал мне знак молчать. Возможно, он опасался, что я отреагирую какой-нибудь непочтительной выходкой, что еще больше усилит вспыльчивость прокурора. И он был прав.

— А кто вам сказал, что я согласен?

Конти застыл в дверях. Он медленно обернулся, глядя на меня с дьявольской улыбкой.

— Когда вам нужно продлевать лицензию частного детектива?

Я ответил, обращаясь к комиссару Манкузо:

— Вот видите! Годы идут, меняются методы, но вы остаетесь такими же, как прежде.

В первый раз за все время нашего знакомства комиссар не нашелся, что ответить. Конти вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.

— Симпатичный у вас начальник.

— Он не мой начальник. Конти руководит расследованием. Впрочем, вы правы, характер у него довольно сложный, — согласился Манкузо, снова усаживаясь за письменный стол.

Мне даже показалось, что он немного расслабился. Я предположил, что комиссар знал, как добиться чего-то от меня, но не от Конти. Так что, заручившись согласием прокурора, комиссар Манкузо мог считать, что бо́льшая часть дела была уже сделана.

— Впрочем, Конти в чем-то прав. Я совсем не уверен в том, что из всей этой шахматной истории мы сможем выудить что-то стоящее. Возможно, это действительно какой-нибудь подражатель, вдохновленный фильмами о серийных убийцах.

— Не будьте пессимистом, Фоссати. Не думаю, что этот тип стал бы так рисковать, тратя время и силы на эти распечатки, просто ради того, чтобы оставить свою подпись. Следите за ходом моей мысли: он идет в парк, нападает на торговца наркотиками и убивает его. Он должен сразу же скрыться, иначе его могут увидеть. Вместо этого убийца теряет драгоценные секунды на то, чтобы расположить на трупе распечатку шахматной партии. И потом, поставьте себя на его место и представьте, что вы хотите оставить после себя какой-то отличительный знак, свою подпись, автограф. Вы увлекаетесь шахматами и поэтому решаете, что это должно быть связано с этой игрой. Лично вы что бы выбрали? Самую обычную, как вы говорите, шахматную позицию? Ту, которая разыгрывалась миллионы раз? Нет, вы бы выбрали что-то очень символичное, важное именно для вас, то, что вы по какой-то причине считаете своим. И потом, подпись всегда одинакова, а в нашем случае шахматные позиции разные.

— И какое же послание может содержать в себе обыкновенная шахматная партия?

Манкузо улыбнулся и с удовлетворенным видом откинулся на спинку стула.

— А это вы должны мне сказать. Кстати, как вы себя чувствуете?

— Неплохо. Но я все так же считаю, что черного кобеля не отмоешь добела.

— Понимаю. Даже не знаю, что вам на это ответить. Лично я очень вам сочувствую. Конечно же, такие методы неприемлемы.

Комиссар умолк на несколько секунд, затем продолжил:

— Думаю, на сегодня у нас все. Вы можете идти. Остались еще некоторые формальности, чтобы назначить вас на должность консультанта. В ближайшие дни вам позвонят из прокуратуры, и нужно будет сходить к ним и подписать кое-какие бумаги.