Книга Дарующая нити, страница 17 – Тата Верная

Я кивнула. Ну что ж, послушаем. Дядя, значит. Запереть дверь на ключ, уходя не забыл. Ладно.

Пятно на груди чесалось сильнее и становилось ярче. А по мере поиска подходящей одежды в ворохе пакетов и вешалок, моя надежда становилась всё тускнее. Никаких штанов, брюк и джинсов не было и в помине. Платья от откровенных до приличных. За исключением одной детали: вырез везде был глубокий, и пятно невозможно было скрыть. Да и выставлять свои прелести напоказ незнакомым людям мне тоже не хотелось. Выбрала самое скромное на мой взгляд платье с небольшими рукавами и свободной юбкой. На столике нашла какой-то крем. Девчонки замазывали похожим прыщи. Попробовала замазать пятно. Расчесала его только ещё сильнее и пришлось смывать злосчастный крем.

Когда вышла из ванной, в комнате уже стоял накрытый стол с огромным количеством еды. Есть не хотелось совсем, но пришлось запихнуть в себя хоть что-то. Неизвестно ещё, будут ли кормить дальше или предъявят что-нибудь. Пока ждала этого «поговорим», решила написать список того, что нужно: мой компьютер, телефон, джинсы, футболки, гигиенические принадлежности и линзы, пожалуй. И надо будет попросить что-то от аллергии, а то пятно чешется — сил нет.

В кабинете, куда меня привели под конвоем, меня ждал «дядя» Герман и ещё один человек. Если мой как бы родственник был здоровым крупным подтянутым мужчиной лет тридцати пяти-сорока, то второй на его фоне выглядел хрупким и изящным. Хотя, если присмотреться, таким же мускулистым, как и Герман. Того же примерно возраста. И глаза… Они были у него сиреневыми с сильным оттенком розово-красного. Почти такого же цвета, как иногда мои глаза.

— Поразительно! Одно лицо! — услышала я слова незнакомца и поняла, что не могу отвести от него взгляд.

— Мара, познакомься, это Максимиллиан, твой…

— Я — твой эээ… двоюродный дед, наверное…

Я нервно хихикнула.

— Что-то много у меня родственников появилось за одну ночь, — не удержалась и съязвила.

— Максимиллиан — брат твоего деда, — начал Герман, но меня было не остановить.

— Вы очень хорошо сохранились для дедушки, — язвительные комментарии так и сыпались с языка. А ведь собиралась молча и вежливо выслушать бред, который мне будут рассказывать.

— Ты очень похожа на свою мать. — Максимиллиан взял со стола фотоальбом, раскрыл на какой-то странице и положил его передо мной.

С фотографии на меня смотрела… я сама… Только постарше и беременная. Её обнимал мужчина, похожий на Германа. На фотографии у них были такие счастливые лица. Мама улыбалась, а мужчина прижимал её к себе и оба они держали руки на мамином животе. Я перелистнула страницу назад и увидела родителей, в лабораторных халатах. Маму, выступающую перед микрофоном. Отца с букетом цветов… На страницы альбома начали капать капли. Дождь что ли? Но мы же в помещении. Аккуратно вытерла капли и спросила:

— Что с ними случилось? Почему меня отдали в детдом? — и поняла, что это были мои слёзы.

— Что произошло с твоей мамой никто точно не знает. Она была дампиром…

— Кем⁈ — мне показалось, что я ослышалась.

— Дампиром, дочерью человека и вампира. Твой дед, мой брат, был вампиром, — услышала я далёкий голос Максимиллиана и замотала головой.

— Она продолжала исследования твоей бабушки, которые она вместе с твоим дедом проводила в нашей лаборатории. Она хотела найти эликсир, который возвращал бы вампиру вечную жизнь.