Книга Попечительница, страница 109 – Наталья Шнейдер

Я дождалась, пока ее шаги стихнут в коридоре. Ольга Георгиевна тоже прислушивалась. Похоже, после истории с Элли она примерно представляла, о чем мы будем говорить.

Я взяла чашку. Помедлила: стоит ли? Все же стоит.

— Необычный выбор сказки.

Ольга замерла.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Думаю, Волков сильно удивился бы, увидев, во что вы со Строгановым превратили его книгу.

Ольга все-таки поперхнулась чаем.

Я успела схватить салфетку, но она обошлась без моей помощи, отставила чашку и закашлялась в кулак.

— Простите.

— Ничего.

Ольга прокашлялась и подняла голову.

— Если бы Волков видел, во что мы со Строгановым превратили эту сказку, он бы десять раз подумал, прежде чем ее писать.

Я рассмеялась, представив.

— Давно вы здесь? — спросила она.

А у этой девочки больше смелости, чем у меня. Я так и не решилась задать этот вопрос ни Варваре, ни Градовой.

— Полтора месяца, чуть больше, — призналась я. — А… Кстати, на «ты» или на «вы»? Как удобнее?

— На «ты». По крайней мере пока нас не слышат. В обществе я буду помнить о статусе.

— Хорошо. А ты давно здесь?

— Три недели. Поскользнулась, выходя из школы. Очнулась уже здесь. Без гипса, правда, — хихикнула она.

— Ирония судьбы? — не удержалась я.

Мы рассмеялись вместе. Похоже, мы с ней примерно из одного времени. Стоит ли спрашивать про возраст?

— Из школы?

— Я учительница начальных классов.

— А, тогда понятно. По тому, как ты обращаешься с Дашей, видно, что ты любишь детей.

— Профессиональная деформация. А ты? Кем была?

— Завкафедрой акушерства и гинекологии.

— Ого!

Я развела руками с видом «так получилось».

Ольга улыбнулась, но почти сразу отвела взгляд. Пальцы на чашке чуть сжались.

Три недели. Совсем немного.

— Тяжело? — спросила я.

Ольга помолчала.

— Иногда хочется побиться головой об стенку. Или найти лес подальше от людей и как следует проораться.

Я кивнула. Лезть дальше не стоило — только бередить душу. Да и работа обычно спасает куда надежнее разговоров о том, как тебе плохо.

— Ладно. — Я поставила чашку на блюдце. — Давай о детях.

Ольга сразу подобралась.

— Давай.

— Если позволишь, советы давать не буду, а наблюдением поделюсь. Для роли Страшилы присмотрись к Левке. Не спутаешь: длинный, рыжий, веснушчатый, один из старших. Когда здесь было поветрие, помогал наравне со взрослыми. Не растерялся, хотя вокруг хватало тех, кто растерялся.

— Значит, на сцене удержится?

— Возможно. А играть сумеет или нет — уже тебе смотреть.

— Хорошо. — Ольга кивнула. — Мне бы еще девочку. Чтобы Даша не была одна среди мальчишек. На Страшилу девочку ставить странно, Железного Дровосека тоже не хочется. А вот Лев может стать львицей.

Я перебрала в памяти девочек.

— Посмотри на Варю. Она бойкая, за чужие спины не прячется.

— Варя, — повторила Ольга. — Хорошо. А Тотошка?

— Можно понаблюдать за Николкой. Он самый маленький из мальчишек.

— Хорошо.

Она допила чай.

— Ну что ж. Пора познакомиться с ними поближе.

— Пойдем.

Через четверть часа стало понятно, что мое присутствие Ольге совершенно не требуется. Она не сюсюкала, не пыталась понравиться и не изображала строгую наставницу. Просто разговаривала с детьми — спокойно, будто они были не воспитанниками сиротского приюта, которых приехали оценивать для благотворительного представления, а обычным классом, с которым ей завтра снова работать.