Книга Венец из волчьих ягод, страница 37 – D. Scriptor

— Что это с ним? — подал голос Гурьян, когда тишина начала нас пожирать. Я скосила на него глаза и вздохнула.

— Не знаю, — легко соврала я. — Ты будешь молчать об этом и никогда не упомянешь.

— Как прикажете. Вы собираетесь ждать?

— Да. Я собираюсь ждать, — неожиданно даже для самой себя согласилась я. На самом деле, это было плохой идеей, ведь я уже узнала все, что хотела. Зачем мне видеть Варассу после всего, что случилось? Убедиться, что с ним все в порядке.

— Уже прониклись искренней любовью к жениху? — Гурьян никогда не умел держать язык за зубами. Я устало закатила глаза.

— Он — мой единственный путь к трону. Конечно, я переживаю, чтобы он не умер раньше времени, — равнодушно произнесла я, а сама вспомнила полные губы и широкие ладони.

— Волчья Княжна, — Гурьян весело ухмыльнулся. — Неужто сами принца и убьете после свадьбы?

— Я скорее тебе голову откушу, — хмыкнула я и качнула головой, объявляя разговор оконченным. Воевода покорно замолчал.

Эта часть замка была необыкновенно безлюдной. От нечего делать я огляделась по сторонам, отмечая старую каменную кладку, осыпавшуюся лепнину и потертые гобелены. Видимо, это крыло давно не реставрировали, предпочтя оставить все так, как оно было много лет назад. Южная сторона замка принадлежала правящему Дому и важным гостям, куда меня поселили, но здесь я еще не бывала. Видимо, где-то поблизости находятся королевские покои и гарем. Я нахмурилась, забеспокоившись о том, чтобы потом не схлопотать наказание за подобное своеволие. Весь пыл поутих, и я вернулась к реальности, которая была не такой уж и красочной.

— Откуда ты знаешь это место? Королевские спальни точно не для прогулок, — спросила я, отвлекая Гурьяна от любования скульптуры, изображавшей могучую глимму-воительницу.

— Я умею слушать, княжна. Местная прислуга без устали гундосят о разном. Знаете, сколько легенд ходит об этой южной террасе? Несметное количество. Поговаривают, будто королева Каланта проводит там какие-то кровавые ритуалы, — заговорщицки прошептал он, а я скептически вскинула бровь.

— Темные практики доступны только жрецам, — напомнила я и покачала головой. Сердце беспокойно дернулось в груди.

— И власть имеющим, — пожал плечами Гурьян и посмотрел в сторону арочных ворот.

Раздались шаги — это глиммы вернулись на свой пост. Одни. Я нервно сжала рукава, но на мои попытки заговорить, стражницы угрюмо молчали. Видимо, получили распоряжение от королевы на случай моего любопытства. Ну конечно! Я озлобленно скривилась, оставив попытки их разговорить, и привалилась к стене. Даже если мне придется простоять здесь весь вечер и ночь напролет, я дождусь принца Варассу.

Сама же подумала о собственной дурости. И сдалось мне лишний раз злить Ее Величество и кликать на себя беду. Мое дело легкое: не отсвечивать до поры до времени, а я уже как минимум воспротивилась монаршему слову. В Красногорье за такое на кол сажали. Я дернула уголком рта в усмешке. Гурьян озадаченно нахмурился. Ладно, хоть не пытался разговор вести или насмехаться. Видать, даже он чуял, что дело здесь нелегкое.

Хромающий шаг Варассы я услышала спустя долгую половину часа. А когда увидела самого, едва сумела сохранить равнодушное выражение лица. Рассеченная губа принца кровоточила, а на щеке пылал след от женской ладони. Что-то внутри меня дрогнуло от омерзения, но я держала себя в руках. Как оказалось, мой дражайший отец был примерным родителем.