Книга Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй, страница 89 – Софья Ролдугина

У неё вырвался смешок.

— Звучит как подкат.

— Это он и есть, – подтвердил Март без тени насмешки. – Но ты учти, если флирт не прокатит, я просто переброшу тебя через плечо и унесу на твёрдую землю, в смысле на набережную. Меня правда беспокоит, что ты сидишь тут в воде… Пойдём?

— Пойдём, – со вздохом согласилась Вита. – Хотелось бы, конечно, задержаться и опытным путём проверить, правду ты говоришь или просто языком мелешь. Но есть подозрение, что поднять ты меня не сможешь и мы вместе завалимся. А поэтому… Ой!

Март, вероятно, был даже более чокнутым, чем все, кто ей встретился сегодня.

Он действительно подхватил её, взвалил на спину и потащил к набережной, верней, к лестнице. А Вита удивилась ужасно и как-то позабыла, что в подобных случаях полагается визжать и сопротивляться. Позволила оттащить себя подальше от линии прибоя, усадить на влажноватые деревянные ступеньки и только потом тихонечко пискнула.

«И правда, дотащил до набережной, – пронеслось в голове. – Ну, почти».

— Устал, – пояснил Март коротко и сел рядом. На скулах у него загорелся лёгкий румянец. – Не рассчитал силы… Вообще обычно я так себя не веду.

— Я тоже, – кивнула Вита и бессильно привалилась к его плечу. – Ну то есть не ору на море и не пинаю камни.

— Ага. Обычно ты пристраиваешь котов и ходишь по городу с рулоном адского скотча наперевес, – легко согласился Март. И скосил взгляд: – Расскажешь, что случилось?

И она рассказала.

Поначалу с трудом подбирала слова, часто сбивалась… Оговаривалась даже. Но Март не смеялся, сидел такой весь серьёзный, с потемневшими глазами и слушал, слушал. Постепенно Вита осмелела. Здесь, у беснующегося моря, под меркнущим небом, в сени багряного кипариса она могла поведать о том, о чём раньше молчала.

О детстве, которое прошло в стареньком, очень тесном доме, не рассчитанном на большую семью. Там, где не было места для третьей кровати в детской и приходилось спать на полу, на матрасе, который днём ставили на бок и прислоняли к стенке. Уроки приходилось делать на кухне, тщательно следя за тем, чтобы в тетрадях не оказалось брызг масла или пятен от чая…

О том, как отчаянно не хватало тишины, уединения и как Вита нашла это всё в библиотеке на соседней улице.

— Знаешь, я просто офигела, когда поняла, как может быть тихо, – призналась она, не глядя на Марта. Они сидели плечом к плечу; он как-то незаметно стащил с себя худи и напялил на Виту, а сам остался в чёрной водолазке. От него исходил жар, словно от печки. – Приходила туда после школы и сидела до самого закрытия. Делала уроки, читала… Кажется, даже голода не чувствовала. Или было всё равно. Наверное, я бы там поселилась, если бы разрешили. Но, к сожалению, библиотека закрывалась в девять.

Через несколько лет старшие сёстры успешно поступили и разъехались по разным городам. Комната – бывшая детская – стала полностью принадлежать Вите. Конечно, сёстры приезжали на каникулы… Но это было уже не то. Да и они сами не стремились снова возвращаться в тесноту: одна быстро выскочила замуж, другая устроилась на работу и начала снимать квартиру.

— Вот тогда я завела кошку в первый раз, – рассказала Вита. – Ну как завела, просто притащила домой и назвала Тенью. Это была девочка, серенькая. Мы её помыли шампунем от блох и постелили на подоконнике кусок старого одеяла, вроде как лежанку оборудовали… Но мама считала, что от лотка в доме будет запах, поэтому свои кошачьи дела Тень делала на улице. В саду. Ну и однажды она просто не вернулась. Я её три недели искала, может, больше… Тогда и узнала, что у нас в городе, оказывается, есть приют для животных и волонтёрские организации. Тень мы не нашли, но я стала после школы помогать в приюте.