Книга Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй, страница 66 – Софья Ролдугина

У неё вырвался вздох. Потап Семёныч скосил взгляд и понимающе усмехнулся.

— Вот смотрю на вас – и вижу, что вы похожи… Говорят, когда Клара Рудольфовна вышла замуж, то на свадьбе гулял весь отдел. Я-то не знаю; я работать пришёл, когда она уже замужняя была и серьёзная начальница. Зато помню, как у неё родился сын-первенец. Ей тогда к сорока было… Ну, у нас работа такая, непростая. Она ещё и о дочке мечтала. – Потап Семёныч потрепал Еву по макушке. – Чтоб платья ей из ситца шить, с оборками, с рюшами. Ей-то самой рюши не шли… Ну, она так считала.

Ева хихикнула, представив молодую рослую бабулю в милицейской форме – и с рюшами.

— Да уж.

— Так или иначе, но с дочкой у неё не срослось, а вот сына она воспитала с душой, – продолжил рассказ Потап Семёныч. – Он выучился, потом в коммерцию пошёл – ну тогда все туда ринулись. Женился рано. Жена у него была крохотная, болезненная, по хозяйству ничего не умела… Ничего, что я так про твою мамку говорю? – спохватился он.

Ева мотнула головой:

— У мамы и сейчас с хозяйством не очень. Зато она крутой юрист! – поспешно добавила она, чтоб отстоять честь семьи.

— Клара Рудольфовна так же говорила, – улыбнулся он. – Так вот, когда братик твой родился, была зима. И мама твоя заболела. Простыла!

— Знаю, – кивнула Ева. – Она рассказывала. Вышла стираное бельё развешивать в домашней одежде, а ветер был холодный, прямо ледяной. Прямо как сегодня. А папа в командировке был, бизнес налаживал и сразу вернуться не смог.

— Вот тогда-то Клара Рудольфовна и решила уволиться, – продолжил рассказ Потап Семёныч. – Чтоб, значит, с внуком нянчиться, пока мамка твоя в больнице. И знаешь, что выяснилось?

В конце бульвара показался крошечный ларёк-будка с ярко освещённым окном; даже издали можно было различить суровый мужской профиль и кучу каких-то инструментов.

«Уже, получается, почти пришли?..»

— Что?

— Что внук родную бабушку боится аж до рёва, – понизив голос, точно делясь важным секретом, рассказал Потап Семёныч. И хмыкнул: – Что с него взять, мальчишка! Сам такой был. Тем более Клара Рудольфовна ух какая грозная была! Высоченная, плечи широченные, голос басовитый. Загорелая – всё ж работа на свежем воздухе. Волосы она стригла коротко, по-мужски, чтоб не мешались… Ну, скажи, жуть, а, барышня?

— Нет, красиво, – возразила Ева упрямо. Сравнила свой рост с бабулиным и вздохнула. Призналась честно: – Я вот всегда хотела быть высокой.

— Каждому своё, – не стал спорить Потап Семёныч. – А Клара Рудольфовна всегда быстро соображала. Ну и тут выход нашла. Кто-то из наших её навестил, ну, продуктов занести и помочь прибраться, глядь – а она его встречать вышла в чепце! С цветочками! В платье ситцевом и в шали! Не говорит – шепчет, а ещё горбится, чтоб меньше казаться. Знаешь, как её в отделении прозвали?

— Как?

— Бабушка Волк! – объявил довольный Потап Семёныч. Выждал время, скосил взгляд: – Смеяться не будешь?

— Нет, – нахмурилась Ева, пытаясь сообразить, что тут смешного. Бабуля как бабуля. – А надо?

Он посмотрел-посмотрел на неё – и улыбнулся широко:

— Не надо. Славные вы всё-таки, молодые, – небольно щёлкнул он её по лбу. – Куда как менее злые, чем мы были… Ну, это к лучшему. Всё к лучшему… А вот и пришли, – неожиданно остановился он. – Смотри-ка, и очереди у старика нет. Ступай, он быстро тебе всё починит. Пять минут – и готово!