Книга Мой итальянец!, страница 24 – Яна Шелдон

Он не стал ждать её ответа, взял легонько за подбородок, мягко, но настойчиво притянул лицо. И прежде чем Женя успела что-то сказать, его губы накрыли её — горячо, дерзко, без права на протест. Мир исчез. Женя перестала дышать, почувствовав, как земля уходит из-под ног. Именно это её и испугало. Слишком сильно.

Я должна уйти.

— Женя! — голос Паоло прозвучал низко, почти угрожающе, но она уже шагала к выходу, едва сдерживая слёзы.

Улица встретила её прохладой ночного города. Она шла быстро, почти бегом, стараясь не слышать его шагов позади. А он, сжав кулаки, смотрел ей вслед, не зная — догнать или дать уйти.

Холодный ночной воздух ударил в лицо, когда Женя выскочила на улицу. Камни мостовой под каблуками казались скользкими, сердце колотилось, как сумасшедшее. Она шла быстро, почти бежала, лишь бы уйти подальше от ресторана, от этого поцелуя, от себя самой.

Но он догнал её.

— Женя! — его громкий голос разорвал тишину.

Паоло приблизился, схватил её за запястье и развернул к себе. Она не успела вырваться — он уже притянул её ближе и поцеловал. Резко, горячо, так, будто боялся, что она снова убежит.

Женя оттолкнула его обеими руками.

— Ты с ума сошёл?! — её голос срывался, в глазах стояли слезы, дыхание сбивалось. — Ты не можешь… мы не можем…

Он смотрел на неё так, что все ее тело била дрожь.

— Я должен объясниться. — Его голос был низким, хриплым. — Всё, что ты видела с Марго… это ошибка. Глупость. Я не хотел морочить ей голову.

— Но ты нравишься ей, — прошептала Женя, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Это огорчит её.

Паоло шагнул ближе, обнял её за плечи, вынуждая посмотреть ему в глаза.

— Я расскажу ей всё. Завтра. Пусть ненавидит меня, пусть злится — я не могу жить, делая вид, что хочу кого-то другого.

Он провёл ладонью по её щеке, смахивая слезу.

— Мне нужна ты, Женя. Слышишь? Только ты.

У неё перехватило дыхание. В голове шумело, будто город исчез, остался только он, его голос, его руки.

Как же он близко. Как же опасно.

— Подожди… — выдохнула она, но он не дал договорить.

Он наклонился и поцеловал её снова — глубоко, настойчиво, нетерпеливо. Его рука скользнула к её затылку, пальцы запутались в волосах. Он слишком долго сдерживал свое желание и сейчас целовал ее так, что у Жени кружилась голова.

Её тело предательски отозвалось — дрожь пробежала по спине. Она слышала только стук собственного сердца и его горячее дыхание.

Я не должна… но я так этого ждала…

Он отстранился на секунду, глядя в её глаза.

Она дрожит, как огонь на ветру. Мне плевать, что будет завтра, лишь бы она не убежала сейчас.

— Ты мне дорога, Женя, — сказал он тихо, почти шёпотом, и снова накрыл её губы.

Женя больше не смогла сопротивляться. Слёзы сами катились по щекам, но она не отстранилась, наоборот — потянулась к нему, отвечая на поцелуй так, будто ждала этого вечность. Не было ни набережной, ни прохладного ветра, ни звуков ночного города — только он, его губы, его руки, которые держали её крепко, будто боялись потерять.

Когда поцелуй закончился, они стояли, всё ещё прижимаясь друг к другу, пытаясь отдышаться. Паоло тихо рассмеялся, провёл пальцами по её щеке, убирая прядь с лица.

— Вот так, — прошептал он. — Наконец-то ты перестала убегать.

Она улыбнулась — робко, по-детски, и почувствовала, как напряжение, терзавшее её весь вечер, отступает.