Книга Смерть меня не найдёт, страница 15 – Ефимия Летова

— Извините, — повторила я, силясь отвести взгляд от его тарелки, и посмотреть хотя бы в глаза. — Сама не знаю, что со мной происходит в последнее время.

— Но вам не принесли мясо! И раньше тоже не приносили! — не успокаивался проникнувшейся проблемой субъект.

— Нет, но…

— Но вы его хотите.

— Да, но…

— Возьмите, — неожиданно предложил благодетель, протягивая мне через прутья решётки словно бы шкворчащий кусочек двумя палочками, чем-то напоминавшими китайские.

А он, больной и явно заразный, ими уже ел. Надо вежливо отказаться и… Ощущая себя дрессированной собачкой, я потянулась к куску и, вдохнув полной грудью чуть дымный аромат, схватила зубами.

Изумительно.

— Как вас зовут, лирта? И каков ваш донум?

— Ничего не знаю, — с набитым ртом, пытаясь растянуть удовольствие, мурлыкнула я. — Но спасибо вам огромное. Вы меня практически спасли. Надеюсь, хоть вас-то казнить не планируют?

— Отнюдь, через семь дней отправлюсь на встречу с Единой, — невесело хмыкнул товарищ по несчастью. — Разрешите представиться: лирт Мартен. Можно просто Март, без лишних церемоний.

— Камилла. Можно Милька, можно Камуся, можно хоть Чебурашка, — я наконец-то проглотила кусочек, ощущая нечто вроде гастрономического оргазма, с сожалением покосилась на пустой поднос. — Честно говоря, я уже ни в чём не уверена.

— Ка-мил-ла? Красивое имя. Необычное, — узник присел на пол прямо рядом с решётчатой разделяющей нас стеной, и я, чуть замешкавшись, повторила его движение.

— Март, послушайте… Возможно, это очень странная просьба, но… не могли бы вы со мной немного поговорить? Так, как если бы я была ребёнком. Или иностранкой. Или потеряла бы память.

— Не понимаю, — на его лице появилась настороженность, а я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

— Я потеряла память.

— Вижу, что не ребёнок и не иностранка, — он хмыкнул. — Ну, давайте поговорим.

Вопросы сразу выпали из головы. Но мужчина, несмотря ни на что, казался таким… нормальным.

Доброжелательным.

Очередной приступ кашля одолел его, давая мне время подумать.

— Вы так и спите, на голом каменном полу?!

— Под стасидией есть одеяло, — он кивнул на скамейку. — Как у всех.

— Вы больны. Вам не полагается никакая… помощь?

— Какой смысл помогать приговорённому к смерти? Но вообще-то, поговаривают, кашель начинается у многих узников Винзора. Только ни в какую болезнь не развивается.

— Почему? — глупо спросила я.

Март посмотрел на меня со снисходительным сочувствием.

— Не успевает. Люди тут сидят очень и очень недолго.

…Может, заключённых чем-то опаивают? Либо чтобы поверили во все эти бредни про казнь, либо — в том маразматическом случае, если всё это правда — чтобы воспринимали происходящее спокойно.

— Нас и правда собираются казнить? Это в порядке вещей? Тут, в Марге, я имею в виду?

— В Магре? Не только, но да. Это распространённая практика. У нас строгие законы, — мне показалось, или в его голосе промелькнула гордость? Патриот-камикадзэ, чтоб его.

— А вы какой именно закон нарушили, простите за нескромный вопрос?

— Ну-у, скажем так — некачественно выполнил свою работу. Очень ответственную работу, от которой зависело душевное состояние его высочества Тиверна. Просто-напросто завалил.

— Никого не убили, не ограбили, не устроили заговор? — меня передёрнуло. — Да уж. Жестоко.