Книга Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца, страница 42 – Марко Мальвальди

Если бы Беатриче была так же умна, как пытался внушить ей взгляд Тротти, ей не нужно было бы ничего объяснять.

Задачей Моро было не завоевать Неаполь, а на время удержать герцога Орлеанского подальше от взбалмошных дворян. Чтобы начать и вести наступление, королю Карлу VIII требовалось постоянное участие герцога Орлеанского, поскольку сам он был не в состоянии даже палец о палец ударить, не говоря уж о том, чтобы выиграть войну.

Герцог Орлеанский, поставивший цель пересечь Италию и вторгнуться в Неаполь, однозначно не смог бы вести войну против Лодовико Моро, чтобы претендовать на титул правителя Милана.

Было бы достаточно, чтобы война длилась ровно столько времени, сколько требовалось Моро, чтобы добиться от Максимилиана I признания его герцогом Милана и получить одобрение народа.

Как мы уже говорили, на данный момент отец Беатриче, Эрколе I д'Эсте, был не каким-то там мелким правителем. Это был человек, который действительно участвовал в сражениях и побеждал. Более того, он изучал стратегию и военную тактику именно в Неаполе. Поставить рядом с герцогом Орлеанским такого достойного, умного, храброго человека, как Эрколе д'Эсте, который к тому же знал врага, означало бы значительно сократить продолжительность войны. А это, учитывая цели Моро, было все равно что самому себе ставить палки в колеса.

Поскольку Беатриче делала вид, что размышляет, Тротти продолжил:

— Полноводный поток нельзя остановить, его можно лишь направить. Когда его светлость прорвет плотину Альп, французский поток затопит Неаполь. Но чтобы направить воды туда, куда нужно, требуются плотины, а не пастухи.

— Вы поэтичны, мессер Джакомо. Почти как мессер Леонардо.

Тротти замер и замолчал. Одно из качеств, в котором он превосходил других и которое сделало его идеальным послом, заключалось в том, что он всегда знал, когда лучше не раскрываться.

— Мне не нравится мессер Леонардо. Он всегда улыбается. Всегда спокоен и радостен, как…

— Как кто, моя госпожа?

— Как человек, который знает, что у него все будет хорошо, даже если все пойдет плохо. Вы считаете, ему можно доверять?

— Я не настолько погружен в жизнь замка, как вы, моя госпожа. Я вижу мессера Леонардо лишь по четвергам, когда…

Беатриче д'Эсте, обернувшись, фыркнула:

— Конечно, когда вы ходите слушать музыку и говорить о непонятных вещах в дом этой миланской шлюхи. Интересно, что она наденет завтра. Наверняка три платья одно поверх другого. А не то будет похожа на мертвую, такая худая.

— Могу заверить вас, что с тех пор, как я стал ее видеть, синьора Галлерани не носила никаких новых нарядов или украшений…

— И вы думаете, что она будет настолько неосторожна, чтобы надеть их при вас, мессер Джакомо? Она шлюха, но не дура. Держите глаза открытыми, господин посол. Не прошу, а приказываю вам это.

— Каковы же будут приказы вашей светлости?

Лодовико повернулся к Галеаццо, памятуя, что он тоже умен и его мнение следует учитывать, хотя и не в той мере, как мнение придворного астролога.

— Что думаете вы, капитан?

Галеаццо Сансеверино кивнул, показывая, что ценит такое внимание.

— Если магистр Амброджо прав, ваша светлость, этот несчастный умер от болезни. Если это так, то все люди, живущие рядом с домом Кити, подвергались воздействию тех же ветров. Было бы разумно отправиться в его мастерскую, закрыть и заколотить двери и окна, а также очистить дома поблизости в качестве меры предосторожности.