Книга Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца, страница 16 – Марко Мальвальди

— Итак, господа, теперь мы можем поговорить, – сказал его величество, наконец-то надев кафтан и не задохнувшись, что было самой опасной задачей, которую он когда-либо решал в своей жизни. – Герцог, почему такое недовольное лицо? Как будто вы жабу проглотили.

— Сир, полагаю, было бы благоразумно при посторонних не упоминать столь открыто, что мы говорим о войне, – слегка откашлявшись, сказал герцог Орлеанский. – Ведь ваша сегодняшняя гостья – дама свободного поведения и бывает у самых разных лиц.

«Даже у вас», – подумал герцог. Но вслух ничего не сказал.

— Да, да, герцог, вы правы, но предприятие, к которому я приступаю, столь славно, что мне не терпится начать. – Его величество быстро схватил алебарду, лежавшую у кровати, и нацелил ее в воображаемого врага. – Вы только подумайте, герцог. По моему приказу наша армия, подобно Ганнибалу, перейдет Альпы и вступит в Италию. Все итальянские государства с низким поклоном пропустят нас через свои владения. Венеция, Милан, Флоренция – все готовы рукоплескать освободителю Неаполя и сопровождать нас, когда мы войдем во владения Альфонсо Арагонского. Мы вторгнемся в Неаполитанское королевство без единого сражения.

«И это, собственно, единственный способ, на который ты способен», – снова подумал герцог Орлеанский.

Вторая проблема его христианнейшего величества Карла VIII заключалась в том, что он был круглым дураком, о чем читатель, вероятно, уже и сам прекрасно догадался. Слабый умом и телом, как описал его венецианский посол Контарини, король Франции не только ни разу в жизни не участвовал ни в одном военном действии, но и вообще не имел представления о том, что такое война. Единственным источником информации для него были книги и рыцарские поэмы, повествующие о паладинах, завоеваниях, славе и рогах, трубивших над умирающими воинами. Из этих произведений он почерпнул вдохновение считать и себя великим рыцарем, предназначенным для славных подвигов. Тот, кто имел хоть малейший военный опыт, как, например, герцог Орлеанский, прекрасно понимал, что в реальной военной ситуации, как на этапе планирования, так и в бою, его христианнейшее величество окажется лучшим союзником для противника.

Но Карл VIII, не имевший такого опыта, основываясь на прочитанных книгах, убедил себя, что для подчинения Италии своей воле достаточно просто принять решение и выступить в поход. Такое случается и сегодня со многими из нас, с той лишь разницей, что вместо книг у нас Интернет.

— Вернее, мы бы уже вторглись в Италию, если бы выступили, – продолжал король, не подозревая о мыслях своего герцога. – Чего же мы ждем, архиепископ?

Епископ Брисонне из Сен-Мало, нахмурившись, раздумывал, с чего бы лучше начать.

— На данный момент, ваше величество, главная проблема – это пушки. Они тяжелые, и это хорошо в бою. Но плохо, когда войска должны перемещаться. Еще не хватает подходящих средств транспортировки и людей, чтобы переправить их через Альпы.

— Хорошо. Тогда давайте их изготовим, – ответил король, демонстрируя подлинные управленческие способности.

— Мы заказали их мастеру Дюплесси. На это потребуется как минимум тридцать тысяч дукатов.

— И что, у нас нет этих тридцати тысяч жалких дукатов? Попросим их взаймы у нашего союзника Лодовико, который обещал нам всяческую поддержку. И территориальную, и денежную. Позовите сюда посла Бельджойозо. А, давно пора! Герцог, давайте сюда мой завтрак!