Книга Лучше не знать, страница 27 – Виктория Шмелева

— Ну что ж, хватит на сегодня грустных разговоров. Давайте лучше выпьем за хороших людей и добрые воспоминания!

Лиля Крутова

Май 2013 года

Арсений так тепло и проникновенно говорил об Анне, вспоминал трогательные мелочи, что Лиля невольно позавидовала покойной тетке. Кто знает, может, у них с Лесновским и правда была любовь, о которой можно только мечтать? Похоже, директор объединения «Родник» в самом деле непричастен к гибели невесты. Честно говоря, Арсений в тот вечер так заболтал Лилю, что она, несмотря на невольную симпатию к гостю, к концу вечера уже еле сидела на стуле. Потом, закрыв за Лесновским дверь, упала в кровать и мгновенно провалилась в сон. А утром в который раз подумала, что причину тети-Аниной смерти надо выяснить – хотя бы попытаться. С чего же начать?

Нина Семеновна упоминала патологоанатома, который делал вскрытие и написал заключение. Похоже, придется с ним познакомиться. Да, ведь еще должно быть свидетельство о смерти! Без него Анну не похоронили бы, значит, оно уже выдано – но где его теперь искать? Лиля даже не потрудилась поинтересоваться, кто занимался похоронами, – некрасиво получилось. Теперь за ее спиной наверняка будут шептаться: все делали чужие люди, расходы несли – наверняка немаленькие, а наследница, гляди-ка, приехала на все готовенькое, цветочки на могилку отнесла и живет себе припеваючи. Ни тебе беспокойства, ни угрызений совести.

Придется снова идти на поклон к Нине Семеновне. Лиля достала из шкафа упаковку зефира в шоколаде и отправилась к соседке. Старушка обрадовалась – похоже, искренне. С удовольствием приняла гостинец, усадила Лилю за стол, поставила чайник.

— Нина Семеновна, а кто занимался тетиными похоронами? – начала Лиля без предисловий. – Неловко даже. Люди мне помогли, а я не знаю, кого благодарить.

— Мы и занимались, я да Марфуша, – повернулась от плиты соседка.

— А Марфуша – это кто? – не сразу сообразила Лиля.

— Так Марфа Васильна же! Которая тебя сюда привела, забыла? – удивленно глянула старушка. – Я поминки собирала, а она за справками бегала. Характер у нее закаленный, боевой. По инстанциям этим треклятым самое то. Я вот не могу, а она… Со всеми, правда, Марфа там переругалась. Но она у нас горластая да языкастая, не переспоришь, так что все оформила чин чином. Компенсацию выбила на похороны, а с остальным Арсений помог – дай Бог ему здоровья. Мы из своих и не потратили ничего.

— Спасибо вам большое! – пробормотала Лиля.

— Да ты меня уже раз десять поблагодарила, можно и перестать! – улыбнулась Нина Семеновна. – Пей лучше чай! Свежий заварила. А свидетельство я тебе сейчас отдам.

Соседка вышла из кухни. Жучка, дремавшая в углу, лениво приподняла голову, глядя хозяйке вслед.

— Вот, на-ка! Спрячь хорошенько! – Соседка вернулась с документом в пластиковом файлике. – Пригодится для наследства-то. Есть куда положить?

Видя, что Лиля пришла без сумки, Нина Семеновна снова исчезла в комнате и вынесла видавшую виды оранжевую конторскую папку с отбитыми уголками, заставила Лилю положить туда свидетельство и туго завязала засаленные тесемки.

— Ну вот, теперь порядок. И хранить удобно, и найдется быстро.

Пока пили чай, Лиля выяснила, что патологоанатома зовут Николай Семенович, фамилия Мордатов. Сразу представился плечистый мордоворот с кривым носом и длинными волосатыми руками, как у самца шимпанзе. Приятное предстоит знакомство. Записав адрес морга, который располагался где-то на окраине, и получив от старушки нарисованный неверной рукой маршрут с номером нужного автобуса, Лиля занесла папку домой, сунула в сумку шоколадку (или задобрить кого, или самой перекусить) и маленькую бутылочку воды. Потом подумала и переоделась в скромное льняное платье и туфли на низком каблуке. В морге и полиции маленького городка вряд ли оценят яркий прикид.