Книга Прах Барселоны, страница 57 – Джулия Лионе

Выписали меня теплым летним днем, и я опять прокатился на замечательном «форде». Визард не повез меня обратно в шапито, а велел водителю ехать в парк. Форд долго взбирался на холм и остановился у чугунной ограды огромного сада, в глубине которого возвышался старинный особняк с башней. Мы прошли внутрь, минуя аккуратно подстриженные деревья, белые скульптуры. Под ногами шуршал гравий. На крыльце нас встретил почтенный мужчина в строгом костюме, он назвал Визарда сеньором Вергилио. Позже я оценил и этот финт судьбы. Мой спаситель – это Вергилий, который вывел меня из Ада.

Вергилио Ромеро был из семьи каких-то очень знаменитых промышленников. Зайдя в его дом, я обомлел. Богатые комнаты полны самых разных людей, разодетых в очень яркие одежды. Они сидели на диванах, на полу, смеялись, громко разговаривали, пили, дымили сигарами, слушали граммофон, обсуждали некоего Сартра и какую-то Кубу. Ощущалось, что все они из высшего общества, таких даже среди публики нашего шапито видеть мне не доводилось. Это были актеры, журналисты, один итальянский режиссер, представившийся сеньором Феллини, художники, искусствоведы, поэты, философы и множество хохочущих девушек-студенток с густо накрашенными ресницами, бантами на шеях, голыми ногами и башнями причесок.

В тот первый вечер, который я провел в их компании, проходили причудливые игры. Гости пытались провести сеанс столоверчения, но им это никак не удавалось – они хохотали до упаду, все у них валилось из рук, и сами они частенько катались по полу, хватаясь за животы.

Вергилио Ромеро на моих глазах загипнотизировал девушку и заставил ее пройти по перилам лестницы, как акробатку, хотя она никакой акробаткой не была. При этом двое слуг не переставали разносить шампанское, а граммофон разрывался от трелей.

Не знаю, что меня тогда впечатлило больше. Впервые попробованное шампанское или девушка, идущая по перилам бельэтажа с закрытыми глазами, как сомнамбула?

И я дал вторую клятву – научиться этому! Научиться гипнозу. Тогда бы меня больше и вправду никто и пальцем не тронул. Гипноз – огромная власть над людьми…

Младший инспектор Агирре взял со стола пульт и нажал на паузу.

На большом экране для вывода данных застыл бывший студент Аурели Марсе на фоне стен допросной.

В зале для совещаний Центрального отдела убийств «Моссос д’Эскуадра» – серые стены со звукоизолирующими панелями, вытянутый стол из светлого дерева со встроенными динамиком и микрофоном в центре, черные кресла – стало тихо. Присутствовали комиссар корпуса «Моссос» Фернандо Гонсалес, начальник отдела главный инспектор Вила, старший инспектор Теодор Кастани, криминальный аналитик Гаэль Солер, младший инспектор Джоана Морера, судмедэксперт, врач из неотложки, который наблюдал за Аурели, техник из отдела по киберпреступлениям и представитель прокуратуры, а также приглашенные клинический и судебный психологи.

И все молчали.

Слышно было только, как навалившийся грудью на столешницу Ивес Вила нервно постукивает карандашом по столу. Он поднял глаза на Тео, тот с застывшим лицом смотрел поверх его головы в сторону витражей с поднятыми жалюзи, в которых виднелась Площадь Испании.

— Они не родственники с Вергилио Ромеро? – спросил комиссар Фернандо Гонсалес. У него был низкий тягучий голос. Лет шестидесяти, с густой светлой шевелюрой и с серьезным лицом. Джоана видела его третий раз за всю службу в «Моссос».