Онлайн книга «Прах Барселоны»
|
— Живо! Живо врача к нему!.. – крикнул Вила, шлепнув по спине младшего инспектора. – Пусть снимет показатели пульса, давления. Он мог бы умереть? — Я надеюсь, что нет, – с неуверенностью ответил Тео. Он пристально наблюдал за тем, что происходило в комнате для допросов. И падение Аурели стало для него неожиданным. Зато Гаэль не казался удивленным. Он заложил палец в книгу, чтобы не потерять страницу, и смотрел на распластанного по столешнице бывшего студента со снисхождением пастора. Вошла врач, через шею перекинут стетоскоп, в руках электрический тонометр. Убрав за уши волосы, она поцокала языком, пощупала пульс, обернула руку Аурели рукавом тонометра, проверила зрачки. Гаэль кратко сообщил ей о том, что здесь происходит, добавив, что допрашиваемый длительное время использовал атропин. — У него делирий на почве приема атропина, – подвела итог врач. – Все симптомы налицо. И вы хотите сказать, что он уснул после какой-то определенной фразы? — Да. — Это законно? Ему необходим физостигмин внутривенно. – Женщина подняла голову и посмотрела в сторону зеркала Гезелла. — Да, вы правы. Ему необходима медицинская помощь. Но сначала мы должны проверить, в какой степени на него воздействует гипноз, который был применен ранее в преступных целях. Все риски под мою ответственность. — А если он умрет? — Не думаю. Позвольте нам закончить. Если он проснется и увидит здесь столько народа – перепугается. Его гипнотизировали, читая эту книгу, он реагирует на строки из «Божественной комедии» особенным образом. Мне удалось навести с ним раппорт, и теперь он настроен на мой голос. Я уверен, что найдется терцина, которая поднимет его. Он должен проснуться и видеть только меня. Так будет лучше. Врач помедлила, переваривая слова Гаэля, неохотно кивнула и вышла. — Он знаком с гипнозом? – спросил главный инспектор, обратившись к Тео. Тот стоял, обняв себя руками, лицо – непроницаемая маска. — Изучал на клинических курсах «Медиа Гипнозис», знает метод софрологии Альфонсо Кайседо. — Зачем ему это? Как это относится к криминальной аналитике? — Вам надо чаще с нами работать, Вила, – парировал Кастани. Вила было открыл рот, чтобы отчитать подчиненного за то, что тот в очередной раз переступил черту, но Гаэль за зеркалом открыл книгу, пролистал до последней страницы, глянул вниз и громко вскрикнул: — «Любовь, что движет солнце и светила!» Несколько секунд было тихо, а потом Аурели вдруг сделал шумный вдох, и оттолкнувшись плечом от столешницы, поднялся. Инспектор Вила опять не ожидал такого поворота событий и в удивлении посмотрел на Тео. — Он знал? Он посмотрел в конец книги… — Да, скорее всего, именно последняя фраза послужила бы пробуждением, – кивнул Тео, в голосе которого скользнуло восхищение. – Такая фраза должна быть короткой и мощной. Во всей «Божественной комедии» единственная терцина, которая состоит из одной строки, – последняя. Все молча уставились на пробужденного, который смотрел на Гаэля, хлопая в удивлении глазами. — Вы помните, как здесь оказались? – спросил профайлер. — Да, меня арестовали… Причем ни за что… Я ни в чем не виноват. — Как вас зовут? — Аурели… Нет! Жозеп… Жозеп Эсклау. — А меня вы помните? — Вы из полиции… — Вы употребляете какие-нибудь лекарства? |