Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 95 – Кристина Юраш

Неужели теперь это происходило так быстро, что проявлялось уже не только во внешности, но и в силе?

— Шестеро едва его сдвинули, — продолжил муж, снова переведя взгляд на меня. — А я один передвинул на всю длину ковра. Даже не запыхался. Остальные отскочили, дворецкий смотрел так, словно я сейчас подниму и второй стол вместе с ними. Я, конечно, сделал вид, что ничего особенного не произошло, но потом весь день об этом думал.

Я осторожно положила заколку возле чашки, чтобы не сломать тонкие листья. Игнис заметил движение, но на этот раз не стал искать в нём знак моего расположения.

Он поднял руки перед собой, развернул ладони и медленно сжал пальцы. Я видела, насколько шире стали запястья, как туго натягиваются манжеты, и вдруг поняла, что он больше не жалуется на одежду и обязанности. Он пытается разобраться в том, что произошло с ним самим.

— Ты ведь помнишь, каким был Анжей, Делли? — спросил Игнис, не опуская рук. — Откуда у него взялась такая сила? Что это вообще может быть?

— Не знаю, Игнис, — призналась я, стараясь смотреть ему в лицо, а не на руки, которыми он только что сдвигал невообразимую тяжесть. — Я и сама удивилась. Шестеро не справились, а ты один передвинул весь стол. Понятия не имею, как так получилось.

Муж снова принялся рассматривать пальцы и сжал кулак, проверяя то, чего прежде не замечал. На его запястье натянулся манжет, и я поспешно взяла чашку: пусть лучше думает, что меня интересуют остатки чая.

Я действительно не представляла, насколько быстро драконья душа способна переделать чужое тело. В книге говорилось о самой возможности, но не о том, когда эти изменения начнут проявляться с такой невероятной силой.

— Странное дело, — пробормотал Игнис. Он ещё раз разжал пальцы и наконец поднялся. — Ладно, не буду больше надоедать тебе этим. Я и так, кажется, засиделся.

Он собрал чашку и тарелку на поднос.

На секунду задержал руку возле серебряной заколки, которую сам принёс, но оставил её лежать на столике.

Мне захотелось сказать ему что-нибудь тёплое на прощание — он ведь действительно старался, — однако за дверью могли с минуты на минуту появиться зелья, и я уже мысленно спускалась по лестнице в подвал.

Я поблагодарила его за чай ещё раз. Игнис кивнул, осторожно поднял поднос и вышел, придерживая локтем дверь, чтобы не задеть её краем.

Едва шаги мужа стихли, как в коридоре послышались другие — торопливые, неровные, а затем кто-то стукнул в дверь так, будто руки были заняты.

На пороге показалась горничная с большой плетёной корзиной. Стеклянные флаконы позвякивали друг о друга, и девушка держала корзину двумя руками, прижимая к животу, чтобы не уронить.

— Вот! Собрала по всему городу! — выпалила она, переводя дыхание. — Ваша светлость, это всё, что удалось найти. Вы просили не жалеть денег…

Я увидела, сколько флаконов теснилось в корзине, и обрадовалась так, будто служанка принесла не дорогостоящие лекарства, а разрешение наконец спокойно спать в собственной постели.

— Умница! Давай сюда! — воскликнула я. Мои руки уже тянулись к корзине, не дослушав, сколько стоили её поиски.

Вес оказался неожиданным; ручка врезалась в ладонь, хотя порезы на ней давно затянулись. Горничная попыталась поддержать дно, но я перехватила ношу обеими руками.