Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 168 – Алена Шашкова

Я вплетаю пальцы в его волосы и прижимаюсь губами к его губам. И вдруг… боль уходит. Неконтролируемая магия внутри Бьерна постепенно очищается, превращаясь в ровное, мощное течение. Поток словно циркулирует между нами, а давящее ощущение исчезает, оставляя только легкость, почти невесомость.

Тело Бьерна под моими руками расслабляется, он делает судорожный, глубокий вдох, словно вынырнув из-под толщи воды. Его руки касаются моей талии, пальцы сжимают так, будет я — единственная соломинка, за которую все еще держится Бьерн.

— Элиз… — хрипло выдыхает он мне в губы. — Ты жива…

— Уничтожить! — крик Пирра вспарывает тишину и спокойствие этого мгновения.

Я резко оборачиваюсь. Сам Пирр уже на ногах, с двумя ятаганами. Но… это он и не он. Как так может быть?

— Данис, — цедит сквозь зубы Бьерн. — Иллюзия. Мы должны были понять.

Несмотря на все, что только что произошло, он моментально оказывается на ногах и плавным, хищным движением прячет меня за свою спину. Серая лавина орков с рычанием бросается на нас. Десятки тяжелых ятаганов блестят в свете догорающего костра.

Все тело Бьерна на глазах покрывается плотной золотой чешуей, а пальцы удлиняются, превращаясь в смертоносные драконьи когти. Он не превращается в дракона полностью, чтобы невзначай не ранить меня, но даже его частичная трансформация вселяет, с одной стороны, ужас, а с другой… восхищение.

Я думала, мне будет страшно: так сильно пугали меня мысли о драконах. Но сейчас… только восторг. Может, не мой, а Арнерии? И это уже неважно.

Бьерн встречает первую волну орков с пугающей легкостью. Когти вспарывают доспехи и тела противника, я впервые вижу, как Бьерн использует магию: плетения поражают врагов, нарушая их строй.

Но их все равно слишком много. И тыквенные цукаты против них уже не действуют: вся темная магия и так была уничтожена.

Внезапно над нашими головами раздается оглушительный рев, и небо пересекают две огромные крылатые тени.

— Да ладно! — рычит Бьерн, перехватывая у одного из орков топор и обрушивая его на другого. — А я думал, они пропустят все веселье.

Драконы, лазурный и изумрудный, пикируют вниз, выцепляя из толпы сразу несколько орков. С их спин прямо в гущу спрыгивают Вард и еще один дракон. Они тут же атакуют магией.

Бой вскипает с еще большей силой. Звон стали, рев драконов и хрипы орков.

Но я понимаю главное: в этом безумии магии и металла затерялся тот, кто виновен во всем происходящем. Пирр.

Оглядываюсь по сторонам, отчаянно всматриваясь в темноту деревьев, отблески костра, тени. И краем глаза замечаю движение.

Он трусливо крадется по дуге, огибая поле боя. И смотрит он не на Бьерна. Он смотрит на меня. Наши взгляды пересекаются, и Пирр на миг замирает с лицом, перекошенным ядовитой улыбкой.

Бьерна теснят сразу трое гигантских орков с топорами. Он отбивается, ему сейчас не до меня.

А вот с Пирром у меня есть счеты: сколько было им загублено девушек с Искрой? Он виновен в том, что первая жена Бьерна погибла, а он сам считал себя убийцей. Пирр должен поплатиться.

— Ты… сбалансировала Дар, — кричит он, срывая голос. — Но без тебя Фларен уничтожит всех своих. Сдохни!

Он срывается с места, двигаясь с отчаянием загнанной крысы, и кидается на меня, замахиваясь клинками.

Но Бьерн замечает это. Рыча, герцог опрокидывает орка, сбивая этим с ног еще нескольких других, и в один невероятный прыжок преграждает Пирру путь.