Книга Второй брак императрицы. Том 1, страница 110 – Alphatart

Так же, как и прочие знатные гости Новогодних торжеств, он обращался с ней неизменно любезно. Сперва Рашта решила, что он просто не слышал сплетен. Но даже узнав их, герцог не изменил своего отношения. Более того: он без колебаний пустил в ход кулаки, заступившись за неё.

Вид того, как герцог – не просто член правящего дома, но и знаменитый красавец, кумир женщин – ради неё без колебаний поколотил аристократа, позволившего себе насмешку, вызвал в Раште чувство глубокой, щемящей признательности. Именно поэтому она пригласила его к себе и угощала изысканными яствами, которые так любила.

— Благодарить не за что, барышня. Я лишь поставил на место одного наглеца.

— И всё же… Вы, наверное, слышали: о Раште поползли такие гнусные слухи… Из-за этого было невыносимо тяжко. Но всё это, конечно же, неправда.

— И часто с тобой такое случается?

— Ну, это…

— Не тебе должно быть стыдно за это. Стыдиться должны те, кто позволяет себе подобную бестактность. Видимо, для тебя это не редкость.

Герцог Эрги цокнул языком, словно речь шла чём-то абсолютно абсурдном, откинулся на спинку стула и с силой выдохнул ругательство.

— Проклятые сволочи. Так и норовили в глаза ткнуть: «рабыня, рабыня». Да будь ты и впрямь из рабов – что с того? Надо было им всем морды как следует набить.

— Ваша светлость… Вы так страшно говорите…

— Я вообще-то приехал повидать друга. Но как хорошо, что встретил сначала тебя. Не окажись меня там, этот подлец так и оскорблял бы тебя безнаказанно. Хотя тот мой друг, наверное, уже рвёт и мечет, что я до сих пор не появился. – Добавив это, герцог Эрги, словно спохватившись, с неловкостью потёр веки. – У него, знаешь ли, прескверный характер.

Ворчащий себе под нос герцог Эрги разительно отличался от всех аристократов, которых знала Рашта. Своей грубоватой прямотой он скорее напоминал наёмников, что порой встречались в придорожных тавернах. И всё же в нём одновременно чувствовалось утончённое врождённое благородство – странное, но завораживающее сочетание. В этом мускулистом, резком на язык дворянине, с таким аппетитом уплетающим нежные пирожные, была какая-то трогательная ирония.

«Да будь ты и впрямь из рабов – что с того?..» – особенно тронули Рашту именно эти его слова.

— Так или иначе, барышня… Лучше всего, конечно, если такого больше не повторится. Но ведь может, верно? Подлецы сами по себе не растворятся.

— Да, это так…

— Чем быстрее решишь эту проблему, тем лучше.

— Но как её решить? Я не вижу способа. Сплетню пустил виконт Ротеш, и люди не верят его опровержениям.

— Перевесь ярлык. Это сработает быстрее, чем оправдания, – ответил Эрги с беззаботной лёгкостью и отправил в рот кусок жёлтого торта.

— Перевесить… ярлык?

— Роль жертвы высшего света. Роль того, кого все грызут, рвут и терзают, – переложи её на кого-нибудь другого.

Проснувшись утром, я увидела, что дворец окутал густой туман. Я поспешно распахнула окно и высунулась наружу.

Первый глоток прохладного утреннего воздуха ощущался как очищение для всего тела. Сегодня мне предстояло присутствовать на совещании по вопросу установления отношений с Руибтом: на этой встрече мне рекомендовал присутствовать эрцгерцог Кафмен.

Нужно быть на высоте.

Надышавшись и собравшись с мыслями, я принялась отодвигать занавес, собирая его в пышные складки, и заметила на каменном выступе что-то постороннее. Это было письмо, прижатое камнем, чтобы его не унесло ветром.