Книга Ведьма для Несокрушимого, страница 50 – Лена Тулинова

Великий Мастер должен узнать о командоре Титольфе, должен!

Студент ничего не знал о внутренних терзаниях нового приятеля. Сорвал сухую травинку, поковырял в зубах и сказал:

— Три года проучился в университете Ствимлинда, а дальше мать у меня померла. А отец сказал – больше, мол, некому за тебя просить, живи как знаешь. Ну а денег нет – как я буду? Решил наниматься работником, до осени денег скопить, да и обратно в город податься.

— Ну и как? Нанялся?

— Да кому я нужен? – невесело засмеялся Эрнильф. – Засуха же, им самим жевать по осени нечего будет. За еду кому письмо напишу, кому горох посчитаю – и будет с меня. А куда идти, не знаю. Разве что вот теперь немного могу и раны лечить. Или вон тётке Таффе помогать при родах, ежели меня не сморит. Говорят, женское дело при родах жуть какое страшное. Хотя я привыкну. Я ко всему привыкаю!

— Не знаю, когда кобыла в замке рожала – не страшно было, – поделился воспоминаниями Тенвен. – Ну а воду искать не пробовал? Учёный люд, говорят, умеет воду находить.

— И толку с того, что я её найду? Враз всё на поля не перетаскать, а огороды они умудряются кое-как поливать. Ручей в овраге видал?

Тенвен покачал головой.

— Я бы попробовал, – сказал он. – А в Несвятых Землях, знаешь, каналы роют, и по ним вода издалека идёт, от реки какой-нибудь.

— Ишь ты, – подивился Эрнильф. – Ну а у вас там в крепости, в Ордене, каково? Есть возможность деньжат подзаработать?

Тенвен вдруг напрягся.

— Ты чего? – спросил студент.

— Да ничего, – махнул рукой оруженосец. – Вспомнил вдруг, что всё добро там осталось, на том месте, где меня… знаешь. Наверно, всё уж растаскали! А ведь всё это денег стоит! Господин, когда вернётся, небось будет в большом огорчении. Мало что лошадей потеряли, ещё и все доспехи, и, главное, меч его отца. Большой, с богатой перевязью. Он его при себе не носил, отдельно на лошади возил вот… Всё пропало!

— Не всё, – похвастался Эрнильф. – Место там теперь плохое, наши-то мужики всем обсказали, что там было, напугали народ. Ну я вечером оставил тебя на попечение тётки Таффы да и сходил ещё раз. Всё забрать не сумел, конечно, но шлем, седло, меч с ножнами да ещё кое-что по мелочи – утащил.

— Ты, наверно, награды ждёшь, – сказал Тенвен. – А я вот не знаю, когда господин Азенальд Хадрифордский вернётся. Да и вернётся ли? Вдруг с ним плохое случилось что? И потому не знаю, как тебя наградить.

— Ну… ладно, – пожал плечами студент. – Я тогда себе перевязь и заберу. Меч с ножнами не трону! Потащишь потом сам, куда тебе там надо.

Они помолчали немного, глядя, как по сухой тропинке куда-то ползут муравьи, а затем Эрнильф чуть толкнул своего пациента плечом.

— Теперь твоя очередь, – сказал он. – Выкладывай, зачем твой рыцарь в Эльмлинд потащился по такой жаре. Да ещё с тобой.

— Конечно, со мной, – пожал плечами оруженосец. – Куда он, туда и я. Такая служба!

— А тебе, что ли, нравится рыцарям прислуживать?

— Так я не всем рыцарям, а только господину Азенальду. Он честный, справедливый и добрый. Никогда в обиду никого не даст, никогда не поднимет оружия на беззащитного и на невинного.

— Ага, а ведьму всё же на костёр потащил, – не согласился Эрнильф. – Хотя тут правильно. У нас бы её просто пожгли, а у инквизиторов ещё бы и помучали вначале…