Книга Ведьма для Несокрушимого, страница 30 – Лена Тулинова

— Пошлю-ка я в соседнюю деревню за священником, – ворчливо сказала старуха, обмывая рану на груди оруженосца вокруг темного лезвия, торчащего оттуда. – Гляди, прямо под сердце нож вошёл. Возьми вот там, на полке, ларчик. Да вытащи оттуда два мешочка.

Эрнильф послушался. Полотняные мешочки чуть побольше ладони приятно пахли и похрустывали сухой травой.

— Это для чего, мамаша Таффа?

— Это от кровотечения, глупый ты школяр. Ежели у роженицы кровь из родового места не прекращается, суёшь туда да заговор читаешь – авось и остановится. Вот сейчас нож вытащу, а ты враз приложи мешочек сюды.

— Мудрёно, – сказал Эрнильф. – Да только он же не рожает… Ай! Что ж ты не предупредила, старая, что уже тянешь нож из раны?!

И торопливо прижал мешочек к кровоточащей дыре в груди юноши. Студента мутило и воротило от запаха крови, но он держался. Может, и правда попытаться войти в цех Ножниц? Конечно, положенные пять лет ученичества будут тянуться долго. Но ведь как ловко у него это сейчас вышло? Взял да и приложил средство куда сказали!

— Держи пока, – обтирая руки о фартук, сказала повитуха. – Схожу за мальчонкой каким, пусть-ка сбегает к попу в другую деревню. Этот поди долго не протянет! Чай не ребеночка родил, а ножом под сердце получил, да ещё ночь на земле пролежал. Как пить дать, лихорадку схватит и сгорит в ней ещё до новой зари.

— Авось не сгорит, – ответил студент.

— Ну, ежели не сгорит – то я ему отвар сварю от лихорадки. А пока держи, покуда я не вернусь.

Он даже о вознаграждении забыл, так вдруг захотелось ему, чтобы молодой оруженосец выжил! Пускай даже и рыцарь не вернется, зато можно гордиться, что человека спас. Просто пошёл да и спас! Эрнильф держал мешочек и уговаривал оруженосца:

— Ты не сдавайся! Главное, цепляйся за жизнь! Рано ещё помирать, рано! Ты ж даже младше меня будешь, куда тебе спешить? Вот и не спеши!

А бабка Таффа всё не шла да не шла. Эрнильф посмотрел на лицо спасённого – веки спеклись, губы пересохли да потрескались. Тогда он дотянулся до мокрой тряпки, которой давеча повитуха вытирала парню раны. Одной рукой было не очень удобно действовать, но студент справился! Ополоснул тряпку в миске, слегка отжал – и вытер оруженосцу сперва губы, а потом и глаза. И затем ещё несколько капель на губы, чтобы тот вкус воды почувствовал… Ну, и вкус тряпки, видимо, тоже – потому как старая ветошь заметно пованивала.

Получив немного воды, юноша приоткрыл глаза.

И студент этому ужасно обрадовался! Ему прямо понравилось, как тот в себя приходит! Вот уже не таким мертвым выглядит, почти шевелится!

— Вот, правильно! Живи! Покажи им всем! Мы их ещё найдем и наподдадим! – заговорил Эрнильф радостно. – А потом вернёшься в свой замок. Вернешься и там всем покажешь, какой ты нынче молодец! Ещё и братом-рыцарем станешь. Да?

— Хад… рифорд, – прошептал оруженосец.

— Что?

— Хадрифорд.

— Точно! Хадрифорд! – обрадовался студент. – Хочешь вернуться туда, да? Там небось дом твой родной?

— Ни… за… что, – по слогам прошептал юноша.

И больше пока ни слова не произнёс – снова закрыл глаза. Но не умер, нет! Даже задышал свободней. А тут и бабка Таффа вернулась.

— Послала мальца Джонси за священником, – сообщила она. – Ничего, если не отходную, то во здравие пусть прочтет. Как тут твой спасённый-то?