Книга Ведьма для Несокрушимого, страница 22 – Лена Тулинова

— Но они говорят по-орвальдски, да и ликом никто на язычников не похож, – сказал Азенальд неуверенно.

— Вот незадача, – пробормотала ведьма. – Тогда я совсем ничего не пойму. Неведомой магической силой человека может отшвырнуть на пару ярдов, ну, или на десяток. Но чтобы на другой конец Орвальда, да ещё такой далёкий, что здесь и слыхом не слыхивали об Эльмлинде? Послушай, ты много путешествовал, так разъясни – насколько он велик, наш Орвальд?

— Если считать присоединённые кингом земли Ворнана, то достаточно велик, – снизошёл до ответа Азенальд. – Но всё же и в самых дальних деревнях знают о столице, молятся Господу и его Святой Матери, слыхали о рыцарях Храма… и боятся, а не чтут ведьм.

— Не понимаю, – с тоской вздохнула Эйвилин.

— И не поймёшь, дурында, – услыхали они вдруг чей-то голосок.

Азенальд не сдержал удивлённого оханья, а ведьма так и вовсе переполошилась. Подобрала юбку почти до колен, переступила босыми ногами, словно искала, куда бы вскочить повыше. У их ног, прямо на тропе, стоял человечек. Ростом едва ли выше двух локтей, одетый в зелёный костюм и красный капюшон. А уж рыжий-то, рыжий! И борода до пояса.

— Лепрекон! – выпалила ведьма. – А ну сгинь!

— И не подумаю, недоучка, – ответил человечек. – Я тебя ещё в Содкин заприметил, ты не из наших краёв. И нарочно за вами шёл, чтоб узнать. Вы – из смежного мира!

И коротышка обвиняюще выставил непомерно длинный узловатый палец.

— И помиловали мы тебя только потому, что ты отказалась нас травить!

— Всё равно сгинь, – взвизгнула ведьма. – Я никогда не желала зла Народцу, но…

— Но ты в нас не верила, – закончил за неё человечек.

Азенальд вытащил из рукава утащенные из деревни фасолины на нитке и принялся их перебирать. Тихое пощёлкивание бобов и привычное движение его чуточку успокоили.

— А теперь тебе чего надо? – спросил он. – Выяснил, что мы не отсюда, да и пошёл бы восвояси.

— Вы мне тут не указ, куда идти и когда сгинуть, – сказал человечек, усаживаясь поудобнее. – Но если вам будет угодно принять мои условия, я покажу вам путь домой. В смежный мир.

— Смежный, – зацепился за странное Азенальд.

— В тот мир, который точь-в-точь наш, только немножко навыворот, – пояснил человечек. – Да вы садитесь. Никто за вами не гонится! Небось плечами пожали и всё. Сядьте! У тебя ноги босые, – кивнул он ведьме, – а у тебя, рыцарь, спина ноет так, что ты только об этом и думаешь.

— Вовсе нет, – сказал рыцарь почти правду.

Думал-то ведь он не только о боли в ранах, вернувшейся после пробежки!

— Вовсе да, – затряс бородой человечек.

— Пошли, Азенальд, – резко сказала Эйвилин. – Не верю я ему.

— Меня зовут Фрадвальда, – сказал человечек, после чего ведьма села так быстро, будто у неё подломились ноги.

Заросшая травой тропка не казалась рыцарю хорошим местом, чтобы рассиживаться, но он присоединился к человечку и ведьме.

— Я не понял, – шепнул он ей. – Что сейчас произошло?

Человечек сделал вид, что не слышит. Он чесал подбородок под густой рыжей бородой и словно чего-то ждал.

— Он назвал имя. Это означает, что мы можем доверять ему. Имена у Народца значат слишком многое, чтобы ими разбрасываться. При этом они не склонны врать, называясь по имени.

— О… да? Тогда, – уже громче сказал Азенальд, – я брат-рыцарь Священного Ордена Высокого Храма Азенальд Хадрифордский. А она…