Книга Мертвы и негостеприимны, страница 43 – Кристина Тэ

Комната вновь погрузилась во мрак. Проморгавшись, я разглядела лишь тусклый огонек где-то меж книжных полок.

— Лорэлея, – старательно спокойно выговорил мэйн, явно с трудом сдерживаясь, – верни тот уровень освещения, который был, когда мы сюда вошли.

Наконец библиотека озарилась приятным розоватым свечением.

— Спасибо, – вздохнул Рэйнер, потирая глаза. – Никакой красной влаги не будет, не мешай нам. И… я запрещаю применять к Юте Гантрам твой дар. Это понятно?

— Понятно, – неожиданно совсем не поэтично проворчала Лорэлея, и по комнате промчался сквозняк.

Рэйнер повернулся ко мне:

— Ведите.

Смирившись с судьбой, я угрюмо протопала к левой стене с нишами для свитков, отсчитала третий свиток справа на третьей полке и подняла его вверх как рычаг. Раздался щелчок, и стеллаж с одного края чуть выехал вперед.

— Прошу. – Я отступила и взмахнула рукой, предоставляя мужчине право тягать тяжести.

Рэйнер хмыкнул, но без возражений шагнул в образовавшуюся щель и толкнул превратившийся в дверь шкаф. Тот заскрипел и нехотя поддался.

— Осторожнее, там почти сразу ступеньки, – из чистого эгоизма предупредила я.

А ну как упадет и свернет шею, а мне потом разбираться с еще одним вредным призраком.

— Благодарю. – Рэйнер огляделся, быстро схватил ближайший светильник – сияющий шар на резной ножке – и без страха ступил во тьму.

Я со вздохом двинулась следом, чтобы через мгновение упереться в невидимую стену. Даже не упереться, а со всего маха врезаться в нее лбом – аж в ушах зазвенело. А может, и не только в ушах, но хотелось верить, что голова у меня все же не чугунная. Ну что опять не так?

— Вы в порядке? – Рэйнер успел спуститься на несколько ступеней и теперь стоял, подняв светильник и внимательно меня разглядывая.

Из темноты, будто из черной воды, торчали только его рука с дурацким розовым шаром и бледное лицо.

— Нет, – пробормотала я, потирая ушиб. – Не понимаю, что…

«Попытаться стоило, – раздался в голове подозрительно веселый голос Тильды. – Кулон сними, непутевая».

Я, теперь уже сама, стукнула себя по лбу и зашипела. Проклятье! Точно непутевая. Пыталась пройти в связке с призраком.

Оставлять кулон на виду не хотелось, пусть я и знала, что тронуть его могут только живые, но деваться было некуда. Разве что бежать в кабинет и прятать в сейф, но даже я понимала, что предосторожность излишняя. Да и Рэйнер, судя по лицу, уже был готов послать меня к демонам и пойти вниз один. Ну уж нет, я должна своими глазами увидеть, что такого важного там стряслось.

«Расскажешь потом», – хохотнула Тильда, и я наконец сняла цепочку.

Оставив артефакт на одной из полок, я беспрепятственно миновала проем. Рэйнер тут же развернулся и молча продолжил спуск, а я взмолилась всем богам, чтобы за время моего отсутствия в некромантских чертогах не завелся какой-нибудь монстр.

* * *

Что ж, могло быть и хуже.

По случаю с кулоном Рэйнер наверняка без слов понял, что призракам сюда ходу нет, а потому скомканное одеяло и подушки в углу с головой выдавали мою трусость и ночные отсидки в безопасном убежище. Да и стопка грязных тарелок на полу в центре полустершейся зловещей пентаграммы меня не красила, а среди гор бумаг, из-под которых и стола-то не было видно – огромного лабораторного стола, – наряду с некромантскими выкладками вполне могли обнаружиться истории приключений моих бедовых героинь. Но в остальном комната выглядела… как и положено берлоге безумного ученого.