Книга Позолоченная месть, страница 80 – Лисса Мия Смит

Стараясь не подавать виду, что ее задел приказной тон, Эмми дотронулась до кубка с гравировкой «Страттон, 1868». Он был изготовлен из белого золота и источал леденящий холод. Здесь тоже поработало искусство Монтгомери.

«И что должно произойти?» – хотела спросить Эмми, но с ее губ не сорвалось ни слова. Она попыталась отдернуть руку, но не смогла пошевелиться. Это же самое искусство обездвижило ее, когда она хотела подбежать к папе. Повредило ее голосовые связки, когда она старалась до него докричаться.

Усмехнувшись, Оливер отодвинул кубок в сторону:

— Каждый год победитель получает кубок с именем своей семьи. У нас, Страттонов, их больше всего.

На полках стояло по меньшей мере полдюжины кубков с именем «Страттон», один затейливее другого. Держась от них на расстоянии, Эмми набралась храбрости и дотронулась до кубка с гравировкой «Вилладом, 1880». Над ее ладонью воспарил иллюзорный джинн. Из «Виндзора, 1876» дунул порыв ветра, а из «Церматта, 1862» проросли цветы. Это тайное общество очень уж любило выставлять магию напоказ.

Оливер зевнул: кубки явно ему наскучили. Как и ее компания. Притворяясь, что не замечает этого, Эмми огляделась по сторонам. Мэри стояла у стены вместе с другими слугами. Джимми – рядом с Джеком, который болтал с очередной хорошенькой чародейкой. Порой Джек, каждую ночь строивший планы вместе с Эмми в ее спальне, и Джек, так непринужденно чувствовавший себя в Обществе чародеев, казались двумя разными людьми. Но, с другой стороны, Роуз ведь нарисовала, как он целуется с какими-то девушками. Может, сегодня он как раз встретит одну из них.

От этой мысли ей стало не по себе.

Миссис Клэрмонт вышла на сцену и хлопнула в ладоши.

— Добро пожаловать!

Однако как ни старалась она привлечь внимание гостей, оживленная болтовня не только не прекратилась, но даже стала громче.

Пока в один миг голоса вдруг не умолкли. Улетучились, как задутое пламя свечи.

Снова искусство Страттонов.

Это временно, сказала себе Эмми. Она по-прежнему могла дышать, хоть и неглубоко. Какой же силой обладал канцлер, чтобы с легкостью заставить замолчать целый зал. Неудивительно, что его ничуть не заинтересовала телепатия Калеба. Он и без того был на вершине пищевой цепи, мог безнаказанно застрелить человека и даже не позволить его дочери закричать…

Канцлер расслабился и утер пот со лба платком. Члены Общества поспешили к своим местам, и зал наполнили тихие перешептывания.

— Очень весело, – пробурчал Джек, приблизившись к ней. Хорошенькой чародейки нигде не было.

Оливер лениво, самодовольно усмехнулся:

— Методы моего отца вам не по душе?

— Да ладно, Страттон. Вы не можете не признать, что ваш отец – человек суровый.

Оливер равнодушно что-то промычал и повернулся к Эмми, как будто Джека вовсе не было рядом. Так они никогда не подружатся. Нужен был новый план. И как можно скорее.

Состязание началось почти так же, как бал дебютантов. Миссис Клэрмонт одного за другим приглашала участников на сцену. Наверху парили два золотых циферблата с бриллиантами вместо цифр. Один из них замерял, сколько времени требовалось чародею, чтобы сотворить искусство. Второй – как долго ему удавалось сохранять результат. Эмми с Джеком, договорившиеся поделиться сегодня реликвией, имели немалое преимущество.