Книга Империя Эйернон. Подари мне счастье, страница 38 – Аля Герм

— Ты думал, что скрываешь правду, чтобы защитить нас? — спросила она. — Но ты лишь дал страху укорениться. Теперь он цветёт. И только правда может его вырвать с корнем.

Себастьян не ответил. Он лишь кивнул — коротко, тяжело. Он понял.

Янистен, до этого молчаливый, вдруг отошёл от двери и подошёл к столу. Его пальцы коснулись клинка — не как оружия, а как символа.

— Я видел, как ты плакала, когда подожгла мою мантию, — сказал он Нисе, и в его голосе не было насмешки, только тёплая ностальгия. — И я видел, как ты пряталась в оранжерее, когда боялась своего пламени. Я всегда знал, что в тебе — больше, чем ты сама верила. Но я не мог сказать. Отец велел молчать. И я молчал.

Он поднял на неё глаза, и в них читалась не братская забота, а клятва.

— Но теперь — хватит. Если кто-то посмеет посмотреть на тебя с презрением, он ответит мне. Если кто-то посмеет назвать тебя угрозой — он будет иметь дело не с Советом, а с нами.

Дагорн, стоявший у окна, наконец заговорил. Его голос был тихим, но в нём слышалась сталь, закалённая в битвах, что никто не видел.

— Я знал, кто ты, ещё до того, как узнал твоё имя, — сказал он, глядя на Нису. — Я видел тебя в хрониках, в легендах, в мечтах моих предков. Я знал, что однажды придёт день, когда пламя феникса встретится с ночью империи. И я знал: это будет ты.

Он подошёл ближе, и на этот раз взял её за руку — не как учитель, не как защитник, а как равный.

— Я не спасал тебя в Обсерватории, — сказал он. — Я признавал тебя. Перед Советом. Перед миром. Перед самим собой.

Ниса смотрела на них — на отца, мать, брата, на того, кто стал её якорем. И впервые она не чувствовала себя полукровкой, угрозой, ошибкой.

Она чувствовала себя домом.

— Что теперь? — прошептала она.

Себастьян поднял медальон. Он всё ещё светился, но мягко, как тлеющие угли.

— Теперь ты должна найти Сердце, — сказал он. — Настоящее. Тот, что забрал страж, — только ключ. А этот медальон — звезда на карте. Он ведёт тебя к истоку.

Изавель кивнула.

— И мы пойдём с тобой.

— Нет, — резко сказал Дагорн. — Вы останетесь. Совет уже пронюхал. Если вы исчезнете — он нанесёт удар по Даррэнам. По всему Эйернону.

Он повернулся к Нисе.

— Мы пойдём одни. Ты и я. Как в лифте. Как в Обсерватории. Как всегда — вместе.

Янистен нахмурился.

— Это безумие. Два человека против Воларда, Совета, Ночных Всадников...

— Нет, — перебила его Изавель. — Не два человека. Два наследника. Их сила — не в мечах, а в том, что они вместе.

Она взяла Нису за руку, и её пальцы, привыкшие к боевому посоху, были тёплыми и твёрдymi.

— Ты не одна, — сказала она. — Даже если пойдёшь одна. Мы будем с тобой — в каждом твоём шаге, в каждом твоём вздохе, в каждом ударе твоего сердца.

Себастьян подошёл к шкафу и достал два кинжала — не боевых, а фамильных, с надписью: "В пламени — истина".

— Возьми, — сказал он Дагорну. — Один для тебя. Один для неё. Пусть они напомнят вам: вы не враги, а союзники. Не двое, а одно.

Дагорн взял клинки и вложил один в руку Нисы. Их пальцы соприкоснулись, и в этот миг что-то изменилось. Не магия. Не сила. А связь — та самая, что была предрешена звёздами.

— Мы вернёмся, — сказал он. — И тогда... тогда начнётся настоящая война.

Изавель подошла к окну и распахнула его. Ветер ворвался в комнату, шевеля страницы дневника, но не погасив огонь в камине.