Книга Истинная с доставкой на дом. Цветочница для дракона, страница 87 – Камелия Найт

Он повернулся ко мне.

— Есть ещё один вопрос.

— Какой?

— После всего этого вы точно не хотите узнать, истинные ли мы?

Мы говорили об этом в день признания, но вопрос касался всей дальнейшей жизни.

— Точно. Если нам однажды станет плохо, результат проверки не заставит меня остаться. А пока хорошо — мне и без него понятно, зачем я здесь.

Даниил не отпустил мою руку.

— Я не сомневаюсь в вас.

— Вы сомневаетесь во всём, что нельзя проверить дважды и занести в таблицу.

— Неправда. — Его большой палец скользнул по безымянному пальцу. — Иногда достаточно закрыть риск.

— Вот только попробуйте закрыть меня.

— С вами это не работает. Я проверял.

Он усмехнулся, но пальцы держал напряжённо. Отказаться от теста для Даниила означало оставить вопрос без печати и подписи. Не спрятать от меня — от самого себя.

— Давайте договоримся, — сказала я. — Если я когда-нибудь начну оправдывать несчастную жизнь бумажкой об истинности, вы напомните мне этот вечер.

— При одном условии. Вы сделаете то же для меня.

Я протянула руку, он пожал её с деловым видом. Мы выдержали секунду и расхохотались.

— Всё? Договор вступил в силу?

— Немедленно.

Даниил поцеловал мои пальцы. После мы доели торт и бросили документ комиссии на столе. Утром на подписи обнаружилось пятно крема. Новый экземпляр я заказывать запретила. Этот мне нравился больше.

Перед уходом он задержался в прихожей.

— Завтра обязательно закройте магазин вовремя.

— Зачем?

— Просто закройте в восемь.

Он уже взялся за ручку двери, но не ушёл, дожидаясь моего ответа.

— Даниил, у вас лицо человека, который опять решил всё за меня.

— Поэтому я прошу. В восемь. Пожалуйста.

Он поцеловал меня и ушёл, не объяснив больше ни слова.

На следующий день я посмотрела на часы в восемь без пяти и перевернула табличку.

Весь день Даниил не писал. Я тоже не спрашивала, зачем ему понадобился закрытый магазин, и к обеду возненавидела собственное решение уважать чужой сюрприз. Варианты становились всё нелепее. Возможно, он хотел показать новую схему доставки. Возможно, привезти документы. Возможно, наконец признался бы, что тайно купил соседнее помещение, после чего я выгнала бы его вместе с документами.

Помощница заметила, что я в четвёртый раз переставляю одну и ту же вазу.

— Вам сегодня точно не нужна помощь с закрытием?

— Точно.

— А наряднее ничего не наденете?

Я посмотрела на рабочий фартук, влажный по краю от стеблей.

— Он попросил закрыть лавку, а не явиться на приём.

Она пожала плечами с таким видом, будто знала больше меня, и ушла ровно в семь. Предательница.

Последняя покупательница выбрала открытку, расплатилась и ушла.

Восемь ноль три.

За стеклом никого.

Я проверила телефон. Ни сообщения, ни пропущенного звонка.

В восемь четырнадцать, когда я уже разозлилась, колокольчик звякнул.

К этому времени я успела решить, что Даниил попал в пробку, забыл, передумал и был срочно вызван на очередную проверку одновременно. Последняя версия пугала больше всего. Я набрала его номер, но не нажала вызов: за дверью остановилась знакомая машина.

Он вошёл сам.

Без курьера, водителя и огромной коробки. В руках держал букет, собранный из белой сирени и светло-синих цветов. Я узнала их сразу: утром сама срезала эти ветки в маленькой теплице, которую арендовала для «Белой сирени» после возвращения заказов.