Книга Ненужная жена. Любимая генерала Севера, страница 66 – Ангелина Сантос

Я улыбнулась.

— Вы умеете делать романтические предложения, генерал.

Он посмотрел на меня с удивлением.

Я тут же поняла, что сказала лишнее.

— Простите. Это была шутка.

Несколько мгновений он молчал.

Потом уголок его рта чуть поднялся.

— Тогда, вероятно, мне стоит потренироваться.

Я рассмеялась.

Смех получился неожиданно легким.

Рейнар тоже улыбнулся.

И на короткое мгновение между нами исчезли звания, договоры, чертежи и все неприятности последних дней.

Остались двое взрослых людей, стоящих на морозе и разговаривающих о доме.

Потом где-то у ворот позвали генерала.

Он повернулся на звук.

— Мне пора. Завтра утром обсудим дальнейшую проверку маяков.

— Хорошо.

Он сделал несколько шагов, затем остановился.

— Нора.

Я подняла голову.

— Да?

— Вы сегодня хорошо поработали. И вчера тоже. Не забывайте об этом, когда будете вспоминать неудачную настройку.

Я почувствовала неожиданное тепло.

— Спасибо, Рейнар.

Имя вырвалось само.

Я сразу смутилась.

Но он не поправил меня.

Лишь коротко кивнул.

— Доброй ночи.

— Доброй.

Он ушел.

Я осталась стоять у ограждения еще несколько минут.

Снег медленно оседал на рукавах.

Город светился внизу.

И впервые после развода я поймала себя на мысли, что за целый вечер ни разу не пожелала вернуться в столицу.

Вернувшись в комнату, я собиралась сразу лечь спать.

Но взгляд упал на папку с документами.

Я открыла ее в последний раз, чтобы убедиться, что ничего не забыла записать.

На верхнем листе находилась таблица нового состава сплава.

Ниже — разрешение на изменение конструкции.

И две подписи, которые теперь казались гораздо важнее всех остальных.

Грон Хасс.

Альдар Вейр.

Я вспомнила, как бывший муж уверял меня, что все испытания проведены. Как вчера начальник снабжения защищал поставщика, не видя результатов независимой проверки.

Возможно, оба просто доверяли чужим заключениям.

Возможно, кто-то сознательно экономил на материалах.

Я не знала.

Но теперь у меня появился вопрос, от которого нельзя было отмахнуться.

Если Альдар действительно считал новый сплав безопасным, почему он скрывал от меня приглашение на Север?

Почему не хотел, чтобы я увидела маяки собственными глазами?

Я закрыла папку.

Ответа пока не было.

Зато было достаточно причин продолжать расследование.

И на этот раз я не собиралась позволять бывшему мужу решать, какие документы мне можно читать, а какие — нет.

— Второй маяк меня озадачивает, — сказал Ивар, когда я вошла в мастерскую.

Он стоял над длинным столом, на котором лежали три металлические пластины. Рядом были разложены заключения городской пробирной, журналы измерений и несколько листов с расчетами.

Я поставила сумку на стул.

— Чем именно?

— Посмотрите сами.

Он протянул мне свежий отчет.

Образец, снятый с четвертого маяка, содержал девятнадцать целых и четыре десятых части серебра из ста. Почти столько же, сколько поврежденный проводник седьмого.

А вот образец со второго маяка показал совершенно другой результат.

Двадцать восемь целых и две десятых.

Практически первоначальный состав.

— Они из разных партий? — спросила я.

— Вот это и пытаюсь выяснить.

Ивар подвинул накладные.

Я села и начала сравнивать номера.

Седьмой маяк получил новые проводники в начале зимнего сезона. Четвертый — несколькими неделями позже. На втором часть соединений заменяли почти в то же время, но в документах значилось, что для ремонта использовали остатки предыдущей поставки.