Книга Ненужная жена. Любимая генерала Севера, страница 1 – Ангелина Сантос

— У тебя кровь на рукаве, — сказал Альдар.

Я посмотрела на левую руку. На голубой ткани возле запястья темнело небольшое пятно. Порез от тонкой серебряной пластины оказался глубже, чем я думала.

— Я сейчас перевяжу.

— Переоденься. Через двадцать минут прибудут Руан с дочерью.

Муж произнес это так, будто кровь была досадной ошибкой портнихи, которую следовало исправить до появления важных гостей. Он даже не спросил, больно ли мне.

Я не сразу двинулась с места. Еще утром я могла бы придумать ему десяток оправданий: устал, волнуется из-за переговоров, занят подготовкой приема. За семь лет брака я научилась делать это быстрее, чем замечать собственную обиду.

— Альдар, — позвала я, когда он уже собирался выйти из мастерской. — В восточной галерее снова перегревается линия освещения. Я заменила перемычку, но после праздника надо вскрыть стенную коробку. Иначе однажды погаснет весь первый этаж.

Он обернулся. На нем был темно-синий парадный сюртук с золотым шитьем, сшитый к сегодняшнему вечеру. Я выбирала ткань, пока он был в отъезде. Помнила, как он когда-то смеялся над подобной роскошью и говорил, что приличный мастер должен пахнуть металлом, а не благовониями.

— Сегодня у нас не осмотр мастерской, Нора. Сегодня мы подписываем соглашение, от которого зависит будущее торгового дома. Не начинай про лампы.

— Они могут погаснуть во время приема.

— Тогда я буду рад, если ты исправишь это незаметно. А сейчас займись собой.

Он ушел, оставив дверь открытой.

Я опустила руку в миску с водой. Кровь тонкими полосками растеклась между пальцами. Рана оказалась обычной, ничего опасного: я промыла ее, приложила чистую ткань и туго закрепила повязку. Потом еще раз проверила небольшой серебряный проводник на столе. Его края были плохо отшлифованы. Такие заусенцы появлялись, когда изготовитель спешил и экономил на обработке.

Мой муж последние годы все чаще требовал работать быстрее.

— Госпожа? — В дверь осторожно заглянула Марта, старшая горничная. — Ваше новое платье приготовлено. Может, помочь?

— Спасибо. Я сама. И попроси, пожалуйста, Лева пока не включать полную яркость в галерее.

— Господин приказал зажечь все светильники.

— Я знаю. Но если линия перегреется, гостям придется ужинать при свечах.

Марта вздохнула, словно выбирала между двумя одинаково неприятными распоряжениями.

— Я передам.

Когда она ушла, я задержалась у рабочего стола. На его краю стояла деревянная шкатулка, которую Альдар подарил мне после нашей свадьбы. Тогда у нас не было большого дома, прислуги и парадных ужинов. Была тесная съемная квартира над пекарней, две табуретки, общая кровать и маленькая печь, у которой приходилось греть медь перед пайкой.

Альдар приходил с рынка с засохшими чернилами на пальцах, приносил дешевые пирожки, садился рядом и подолгу расспрашивал, что я придумала за день. Ему нравилось слушать о магии, даже когда он не понимал половины объяснений. Я любила его за то, что он старался понять.

Потом торговый дом получил первый крупный заказ. Второй. Третий. Альдар перестал приносить пирожки, зато привозил дорогие ткани, украшения и все более подробные указания, как мне следует вести себя перед его партнерами.

Почти незаметно из разговоров исчезло «мы придумали». Появилось «мои мастера разработали».