Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 126 – Дарина Ромм

— Гадина! Тварь! – раненым зверем захрипел Орисий, закрывая лицо ладонями. – Я должен был прикончить тебя вместе с ней, с Маришей!

— Ты во всём просчитался, Верфёльд, – раздался голос женщины в красном. – Я, вдовствующая королева Аркана, супруга подло убитого короля Заславия, тоже свидетельствую против тебя.

— Супруга Заславия… Скажи ещё, что и твоего мужа я убил, – хрипло рассмеялся Орисий.

— Нет, удар в спину ему нанесла не твоя рука. Это сделал твой дружок Эуфем Гряв. И у меня имеются доказательства. Вот они…

Женщина открыла маленькую сумочку, которая висела у неё на боку, и достала оттуда тряпичный свёрток.

— Нет! – взвизгнул Эуфем.

Его рука метнулась к карману. Он выхватил оттуда какой-то круглый диск и швырнул в Аркану. Но та даже не шевельнулась: диск врезался в невидимую стену, вспыхнул и рассы́пался в пыль. Толсяк бросил ещё один – и с тем же результатом.

— Глупец, твои артефакты ничто по сравнению с моей силой, – зловеще расхохоталась «красная королева».

Эуфем завыл, заметался в кресле, безуспешно пытаясь встать. А потом достал новый диск и зачем-то швырнул его в меня. Я ахнула, зажмурилась, уверенная, что сейчас получу смертельный удар. Но передо мной вспыхнуло сразу штук пять магических щитов, а я оказалась за широкой спиной Себастьяна.

— Не тронь Катю! – рявкнул он, но король не унимался.

Он начал один за другим кидать в нас свои диски. Выкрикивал угрозы уничтожить всех, брызгал слюной и грязно ругался. Его охрана смотрела на всё происходящее с растерянным видом, и никто не делал попыток остановить коронованного придурка.

В зале стоял жуткий грохот, во все стороны летели искры и валил дым... Магические щиты пока держались, но, если честно, было очень страшно. Даже за спиной у Себастьяна страшно!

— Катя, – провыл в ужасе Мусака, вцепившись когтями мне в ногу, – если мы выживем, я требую пожизненный запас сливок и, чтобы меня называли «господин Мусака».

— Если мы выживем, я куплю тебе целую корову – можешь пить сливки прямо из неё, – зашипела я сквозь зубы. – Только, ради бога, вытащи из меня свои когти!

Ага, щаз-з! Если мой кот в панике, даже сырокопчёная колбаса не поможет – он уже мысленно прощается с жизнью и пишет завещание в пользу голодающих африканских детей.

Тем временем диски у Эуфема никак не кончались: летели и летели во все стороны, не давая никому приблизиться к креслу. От бесконечных взрывов закладывало уши, и, казалось, это никогда не закончится.

А потом раздался звон разбитого стекла, и в окно влетела огромная чёрная гривастая крылатая зверюга. Малыш ворвался в зал, разбросав стражников как кегли. Сделал прыжок и его пасть сомкнулась вокруг головы короля.

Дальше я воспринимала происходящее словно находилась в зале кинотеатра и смотрела экшн со своим участием…

Пасть Малыша сомкнулась вокруг головы короля, но зубы он не сжал. Выглядело это как в цирке, когда укротитель исполняет смертельный номер и кладёт голову в пасть льву.

Король, кажется, был на грани того, чтобы помереть от ужаса: мне было хорошо видно, как его глаза полезли из орбит и остекленели, а жирные щёки втянулись, будто их всосало внутрь черепа.

Малыш негромко рыкнул, глядя на меня, наверное, ждал моей команды. А я молчала.

Полковник Гарн сделал шаг вперёд, открыл рот, но только крякнул и тоже не сказал ни слова. Похоже, он не знал, что делать: то ли дать приказ атаковать мантикору, рискуя головой короля, то ли стоять и ждать, куда все вырулит.