Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 114 – Дарина Ромм

— Катарина! Оглохла?! – снова прозвучал голос Орисия, и я открыла глаза.

— Что?! – прохрипела, с трудом сдерживаясь, чтобы не послать его, кабана вонючего, на три буквы.

— Идёшь со мной! – повысил голос «папаша». – Живей!

— Катя, Катя, идти надо! – застонал Мусака, и я словно очнулась. Уперлась ладонями в край стола и под внимательными взглядами всей аудитории кое-как поднялась. Негнущимися пальцами подцепила ремень сумки и, еле-еле переставляя ватные ноги, пошла к ждущему меня Инувизитору. Вышла вслед за ним, гадая, куда он меня ведет.

В коридоре Орисий коротко бросил стоявшим справа и слева от двери мужчинам в чёрной одежде: – Адептка со мной, – и, тяжело ступая, пошёл по коридору. На меня он не оглядывался, словно ему было всё равно, иду или нет. А может был уверен, что никуда я не денусь, пойду как миленькая. Скорее всего, второе.

Мы прошли до конца коридора, спустились по лестнице на первый этаж, и Орисий вдруг спросил, всё так же не поворачиваясь:

— Откуда у тебя сютрик, Катарина?

«От верблюда!» – хотелось крикнуть, но я ответила то же, что и всем:

— Просто пришёл ко мне.

— Давно?

— Пять лет назад.

— Пять лет? Почему твоя тётка не сообщила мне об этом? – «папаша» резко остановился и повернулся ко мне.

От неожиданности я едва не врезалась в него. С трудом затормозила, пытаясь понять, о какой тётке он говорит…

С глупым видом спросила:

— Тётя не сообщила? А почему?

— Вот и я хочу узнать, почему. Обнаглевшая дрянь… Вся в сестрицу, твою мамашу! Уверовала в свою безнаказанность?! Думает, если распоряжается в своём монастыре, как будто он её собственность, то может со мной не считаться?! – злым голосом процедил Орисий, буравя меня своими неприятными глазёнками.

— Но-но! Попрошу маму не трогать! И тётю тоже! – вдруг рявкнула я в ответ, хотя из сказанного мало что поняла. Ясно только, что этот боров к маме Катарины претензии имеет. Но при чём здесь какая-то тётя?

Ответ на мои вопросы Орисий дал тут же. Взгляд его стал совсем злобным, и он с угрозой произнёс:

— Язык придержи, Катарина! Смотрю, и тебя тётка такой же наглой дрянью вырастила, как сама. Зря я тебя к ней в монастырь отправил, надо было самому твоим воспитанием заниматься – всю дурь бы из тебя выбил!

А-а, значит, тётя – это начальница монастыря, где росла Катарина? Получается, медведь облезлый дочку отправил к родственнице умершей жены под крылышко. Отослал с глаз долой и забыл, ни разу не повидав родную кровь – при встрече даже не понял, что я не его дочь!

Ка-а-азёл!

На его недовольство я ничего не ответила – просто прикусила зубами щёку, чтобы ещё чего-нибудь не ляпнуть, и так уже лишнего наговорила.

Но, видимо, все мысли и чувства субтитрами пробежали по моему лицу, потому что Орисий ещё больше посмурнел. Бросил: «Иди за мной, нахалка!» – и потопал дальше.

Может, я бы попробовала сбежать прямо в эту минуту, но за спиной у меня материализовалась пара вооруженных мечами мужчин в чёрном. Под их напряжёнными взглядами я припустила за Орисием – похоже, бежать уже не получится. А если так, буду гордо идти до конца, каким бы он ни был.

Далеко, впрочем, идти не пришлось – всего лишь до соседнего корпуса, где был небольшой актовый зал. Перед входом в здание стояло с десяток мужчин в чёрном, а сам корпус был оцеплен двумя рядами охранников в латах. Вестибюль, когда мы туда вошли, тоже был заполнен чёрными вооруженными фигурами.