Книга Наследие роз, страница 310 – Таисия Роуз

— Дыши! Тереса, дыши!!! – У отца впервые в голосе появились истеричные нотки, он впервые был на взводе.

Его колени дрожали, как и пальцы, которыми он оттянул мне нижнюю губу, вливая в рот мерзкую обволакивающую жижу. Кровь… На языке ярко ощущался отвратительный привкус железа. Вначале слабо, но с каждой выпитой каплей силы начали появляться вновь. Обхватив сосуд пальцами, я жадно прильнула к нему, обволакивая вкусовые рецепторы неимоверным пиршеством. В первые секунды всегда тяжело, но чем дольше пьешь, тем приятнее становилась она на вкус.

— Ей хватит, – покосился в нашу сторону Поль. – Темная энергия не должна превышать нормы.

Я не желала слушать – отец сам убрал сосуд от моих губ, чуть ли не вырывая его силком. Жадно облизнувшись, вновь ухватилась за горло, подмечая, что рана практически заросла. Осталась только болезненная глубокая ссадина, вполне совместимая с жизнью. Виктор скупо пригладил мои волосы, отряхивая их от пыли, в дальнейшем помогая подняться. Ступни все еще были ватными, а спина, принявшая на себя весомый удар, неприятно хрустнула. Я забыла о всяких неудобствах, наконец вникнув в ситуацию. Особенно внимательно посмотрела на отца. С каких пор Виктор и Поль на одной стороне?

— Ты ведь просил его убить… – тихонько прошептала я.

Папа плотно сжал челюсть и отвернулся, наспех перевязывая раненое плечо клочком рубашки. Может ли… Что они всегда были вместе, но отец хотел этого избежать? Мысль расплавилась в сознании, когда Анна, опустившаяся с воздуха, замахнулась на меня ножом. Чудом поспев за атакой, я перехватила ее руку, явно уступая госпоже Смит силой. Этой секундной заминки хватило, чтобы Поль попал в точку.

— Scire dolorem, Anna, suffocationem pati, – в очередной раз повторил он.

Изящная светлая мигом упала на колени, издав страдальческий визг. Лицо ее исказилось, превращаясь в маску муки. Губы побелели, словно мел, задрожали, бессильно шепча бессвязные слова. Под светом луны отблескивал липкий холодный пот, образовавшийся на ее лбу. Подойдя ближе, месье Дюбуа захихикал, будто искренне наслаждаясь чужими страданиями.

— Глупая и несчастная Анна, – обхватив ее щеки, он покрутил лицо женщины из стороны в сторону. – Каково же тебе будет умереть, узнав о том, что и муж, и сестрица живы?

Она постаралась отползти. Полностью игнорируя его слова, Анна только и сумела, что бросить на моего отца несчастный, молящий взгляд. Глядя на столь ужасную картину, будто забыла о том, что женщина, так рьяно требующая помощи, совсем недавно пыталась меня убить.

— Папа! Сделай что-нибудь… Почему ты стоишь?!

Я дернула его за предплечье, но он отмахнулся. Не дождавшись должной реакции, сама метнулась к беззащитной Анне, по-прежнему стонущей от жестокого проклятия, закрывая ее всем телом.

— Не смейте!

— Тереса, разве не видишь? У нас тут семья в сборе… Госпожа Смит слегка мешает столь радостному воссоединению. – Поль не торопился меня отталкивать, лишь с пылким интересом в глазах наблюдая за происходящим.

Потом, видимо растеряв былой энтузиазм, вальяжно махнул рукой: меня отмело в сторону, словно ураганом. Конечности оказались парализованы… Получалось лишь медленно моргать, окончательно смирившись с бессилием.

— Папа… Папа, помоги ей!!! – умоляла я, видя, как Поль полоснул кинжалом по своей ладони.