Книга Наследие роз, страница 309 – Таисия Роуз

— Молчи… – зашептал голос за спиной.

Анна Смит, опершись спиной о маленькие дверцы беседки, бесшумно присела на корточки, утягивая меня за собой. Острие ножа продолжало касаться кожи. Я постаралась ухватиться за ее запястье, но она лишь сильнее надавила на рукоять, насильно зажимая мне рот. На шов платья начали стекать тонкие струйки крови. Я зашипела от неприятного жжения. Она давила еще больше, кажется, намереваясь перерезать мне глотку. Медленно и мучительно. Снова предпринимая попытку выбраться, я впилась ногтями ей в бедра, отчего Анна лишь цокнула.

— Убью тебя, и все закончится. Александр не сможет уничтожить нас всех, – словно успокаивая саму себя, бормотала она.

До меня донесся шелест листвы. Кто-то к нам приближался, и делал это достаточно стремительно, подминая землю крупными размашистыми шагами. Анна заметно напрягалась, очевидно желая сделать задуманное до того, как нас найдут. Задержав дыхание от резкого рывка, я ослабленно задергала ногами в воздухе, впервые по-настоящему взлетая. Левитация. Анна Смит не позволила этому «кому-то» нас достать, взмывая кверху. Нож практически добрался до сонной артерии. Кровь начала течь интенсивнее, орошая голую кожу. Я вгрызлась зубами ей в руку, но это не создало желаемого эффекта: госпожа Смит держалась стоически и даже не дернулась.

— Отпусти ее, Анна. Прошу по-хорошему.

Отец стоял снизу, зажимая пальцами раненое плечо. Его тон принял оттенок стали. Казалось, будь у него с собой пистолет, он бы непременно выстрелил женщине прямиком в сердце. Однако Анна не торопилась исполнять прошенное.

— Ты сам был готов убить ее пару часов назад, Виктор! Так что же изменилось?

— Все.

Ответил не папа. Старческий голос, ведающий множество тайн, отозвался из тени. Поль, словно не находясь в разгаре битвы, медленно вышел из тьмы, подставляя лицо под бледное свечение луны. На кончике его носа, впалых щеках, отвороте белого гольфа блестела мелкая кровавая морось. Завидев новоприбывшего, Анна заметно напряглась. Казалось, она опасалась старого ведьмака. Я тем временем только и могла, что вымученно хватать ртом воздух, ощущая, как силы покидают меня. Рана на шее являлась слишком глубокой, чтобы выжить с ней. Анна Смит вонзала лезвие все глубже, стараясь закончить начатое раньше, чем оппоненты успеют что-либо предпринять. Зажмурив глаза, я едва ли расслышала зловещее проклятие, что произнес Поль.

— Scire dolorem, Anna, suffocationem pati!^[11]

Мгновение, и я рухнула на землю, отбивая себе позвоночник о каменистую тропу. Боль практически не чувствовалась, являясь полностью притупленной. Я и без того умирала, находясь в пограничном между жизнью и смертью состоянии. Зашелестели листья. Ноги Анны то и дело опускались вниз, вновь отталкиваясь в воздух. Отдаленно, словно совсем не здесь, эхом раздавались новые проклятия, сыплющиеся в ее сторону. Высшая мастерски от них уворачивалась, круша резкими движениями стоящий вокруг покой. Моя голова оказалась на чьих-то коленях. Пред глазами возник смутный силуэт отца, закрывающего меня спиной от проворной миссис Смит. Я схватилась за горло, осознав, что обжигающая кровь продолжает литься. Виктор звал меня по имени – точно знала, что звал, но я не могла ответить. Получалось вымолвить лишь тихие хрипы. Все закончится так?.. Я даже не исполню своего предназначения?..