Онлайн книга «Наследие роз»
|
А видения по ночам мучили меня с новой силой. Они являлись единственным напоминанием о присутствии в моей жизни Александра. Я разглядывала его каждый раз с новой стороны. Однако ни одна из них не открывала мне правду на произошедшее в Запретном лесу. Никогда он не был настолько кровожадным и резким. Больше всего я боялась момента, когда его прошлое дойдет до настоящего… Ведь тогда сумею увидеть собственными глазами полноценную картину жестокой расправы, а возможно, и последние вздохи бабушки. Но сновидения являлись хаотичными и не выходили за пределы прошлых столетий. Только один раз, тогда, с похоронами Зибора Роспонда. Из-за часов, проведенных в одинокой тишине, я начала понимать, от чего они зависели. А именно, от меня напрямую. Ощущая усталость или печаль, приходилось видеть то, что окончательно добивало. Так я увидела смерть отца Кристиана вскоре после кремации мамы… Так и случилось с воспоминанием, которое мне хотелось узреть в последнюю очередь. После которого осталась крайняя неоднозначность. Мне и до этого приходилось жалеть Александра… Видеть его обреченные скитания по миру, его сожаления по отношению к Лиззи. Здесь же он впервые представился абсолютно счастливым. Таким, каковым являлся только в юности, до гибели брата и начала продолжительной войны. Я часто думала о Кристиане. Особенно перед сном. Привыкшая засыпать в его объятиях, мучилась до утра, так и не смыкая век. В душе откликались совестливые вкрапления, кричащие о том, что следовало попрощаться. Не сбегать, как и всегда. Все чаще вспоминала о его гладком лице в моих ладонях и болезненных поцелуях. Наша связь стала невозможно крепкой за считаные дни. Иногда мне казалось, что сама могла ощущать его приятную энергию. Это тешило мое одиночество, позволяло предаваться ложному воссоединению. Представлять, что мы по-прежнему неразделимы… А маленькая ампула с жидкой энергией Кристиана внутри, отдающая пряностями и легкими нотками лаванды, согревала душу в дождливой Ницце. Видимо, именно мысли о первой любви породили ужасное видение. О том, что и Александру не было чуждо это трепетное чувство. Я оказалась в просторной карете, виляющей из стороны в сторону по сложной дороге. Он сидел напротив меня и ласкал сладкими речами уши юной девице, загадочно скрывающей взгляд за роскошным позолоченным веером. На голове у нее был чудной парик, а лицо все белоснежное, запудренное, с яркими розовыми щеками и вытянутым заостренным подбородком. Красавицей она не являлась, но чем-то манила… Даже мне было тяжело оторваться от мимолетной улыбки, которой она периодически одаривала Александра. Слегка присмотревшись, я наконец поняла, откуда взялось странное ощущение дежавю. Роскошное платье эпохи барокко, подчеркивающее женскую упругую грудь, было ровно таким же, что и на миниатюре, которую мы когда-то нашли в хранилище семейства Роспонд. Я совсем о ней позабыла. Ведь больше с тонкобровой девушкой нигде и не встречалась. – И не скучно вам живется? Могли бы давно переехать в Версаль, раз в милости у короля находитесь, – с каждым словом руки Александра поднимались с ее талии все выше, практически переходя на шею. – В милости моя сестра, а я предпочитаю наслаждаться относительной свободой, – усмехнулась она, рьяно подставляясь под ласкающую ее ладонь. |