Книга Развод. Муж привел ее в наш дом, страница 43 – Анна Яровая

— Говори и уходи.

— Не таким тоном, Даша.

— Другого не будет.

На мгновение лицо Игоря искажает злость. Он привык, что одного тяжёлого взгляда хватает, чтобы я замолчала. Но больничный коридор не наша кухня. За дверью лежит мама. И я не позволю ему напугать её.

— Хорошо, — произносит он. — Хочешь по-плохому, будет по-плохому. Ты ведь решила делить имущество?

— Все вопросы через юриста.

— Нашла всё-таки деньги?

Я молчу.

— Или кто-то помог? — Игорь прищуривается. — В деревне быстро нашёлся добрый мужик?

Сердце делает тревожный толчок, но я не отвожу взгляда.

— Это не твоё дело.

— Пока ты моя жена, всё, что ты делаешь, моё дело.

— Ты ошибаешься.

— Нет, Даша. Это ты ошибаешься. Думаешь, вернулась к мамочке, устроилась в сельскую школу и начала новую жизнь? Здесь все друг друга знают. Достаточно пары слов, чтобы на тебя начали показывать пальцем.

— Каких слов?

Игорь улыбается.

— Правдивых. Что ты бросила мужа после первого семейного кризиса. Что преследовала беременную женщину. Что из-за твоих истерик она едва не потеряла ребёнка.

— Этого не было.

— Кого волнует, что было? Волнует то, во что люди поверят.

По спине проходит холод. Игорь подходит ближе, понижает голос:

— Расскажу, как ты годами лечилась, потому что не могла родить. Как возненавидела Кристину из-за беременности. Как угрожала ей, ворвалась в квартиру, потом сбежала сюда и сразу принялась искать мне замену.

— Никто тебе не поверит.

— В городе, может быть. А здесь? — Он кивает на окно. — В вашей Воскресенке слухи разносятся быстрее пожара. Родители захотят, чтобы их детей воспитывала женщина, которая кидается на беременных? Директор станет защищать тебя, когда в район полетят жалобы?

Я сжимаю кулаки.

— Ты уже пытался отнять у меня работу.

— И отнял бы, если бы ты не сбежала, -он говорит это спокойно. Даже с гордостью.

— Я сохраню этот разговор.

Достаю телефон, но Игорь одним движением выхватывает его из руки.

— Верни.

— Думаешь, самая умная?

Он смотрит на экран, нажимает кнопку и убирает телефон в карман пальто.

— Вернёшь, когда поговорим.

— Это воровство.

— Не смеши меня. Я купил этот телефон.

— Он принадлежит мне.

— Как и всё остальное, да? — Игорь усмехается. — Квартира, машина, деньги? Собралась половину забрать?

— Суд разберётся.

— До суда ещё дожить надо.

Я смотрю ему в глаза.

— Это угроза?

— Предупреждение. Я оспорю всё. Каждый перевод, каждую покупку, каждую бумажку. Докажу, что ты жила за мой счёт. А если твой деревенский юрист решит сунуться к счетам, я найму таких адвокатов, что они вас обоих по кабинетам затаскают.

— Не запугаешь.

— Я сгною тебя судами, Даша. Будешь годами ездить в город, отпрашиваться с работы, платить за каждую жалобу. Твоим родителям придётся все продать, дом заложить. Этого хочешь?

В груди вспыхивает страх, но следом поднимается злость.

— Моих родителей не трогай.

— Тогда забери иск на имущество и возвращайся домой.

— Нет.

Игорь резко выдыхает. Проводит ладонью по лицу, словно я упрямый ребёнок, который никак не понимает очевидного.

— Чёрт, Даша, я не хочу с тобой воевать.

— Но воюешь.

— Потому что ты не оставляешь выбора!

Он хватает меня за руки. Я пытаюсь вырваться, но Игорь сжимает запястья и тянет к себе.

— Послушай хотя бы раз. Кристина оказалась сумасшедшей. Она каждый день закатывает истерики. Требует квартиру, свадьбу, деньги. Звонит моей матери, приезжает на работу. Вчера разбила тарелку и сказала, что выбросится из окна.