Книга Последняя песня о любви, страница 54 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Одри положила трубку и что-то записала на клочке бумаги.

— Вот адрес Джона. Возьми с собой несколько видов одежды на смену – хорошо бы мини-юбку и брючный костюм. Он пошлет фотографии мне, там и посмотрим. Звони мне, пожалуйста, каждый день в десять утра, договорились? Я сообщу тебе, если что подвернется.

Сорча встала.

— Хорошо. Спасибо, миссис Беннингтон.

— Зови меня Одри, как все, дорогая. До свидания.

По пути в универмаг Сорча заглянула на рынок на Бервик-стрит и купила капусту, картошку, нашла в мясном подходящий кусок свинины. Вечером она приготовит Кону любимый ужин и расскажет о предложении Одри Беннингтон. «Если он меня любит, – размышляла она, проходя мимо статуи Эроса, блестящей под яркими июньскими лучами, – то порадуется за меня. А нет… что ж, его проблемы».

Сорча накрыла стол чистой скатертью и украсила ярким букетом пионов и фрезии. Кон говорил, что вернется к восьми, и все было готово. Даже аромат свинины витал в воздухе. Сорча откупорила бутылку вина – расточительность, но вечер был особенный.

В половине восьмого зазвонил телефон.

— Сорча, я задержусь. У нас с Тоддом появились мысли насчет новой песни. Придется остаться.

— Ох, а у меня ужин готов, – расстроенно ответила она.

— Ну прости. Не жди. Приду поздно.

— Кон, я…

Сорча вздохнула.

— Что?

— Нет, ничего. Пока.

Сорча положила трубку. Она приняла решение. Как ни пытайся рассказать, было очевидно, что для Кона она больше не главное в жизни. Лулу права. Своим будущим занимайся сама.

— Так, парни, контракты подписаны, запись на следующей неделе я оплатил. Не нравится мне только одно. Мы не выбрали подходящее название группы.

Четверо музыкантов удобно расположились у Фредди в гостиной. Он терпеливо срывал фольгу с бутылки шампанского.

— Мне нравится «Лепардз», – фыркнул Тодд.

— Прости, Тодд, но оно не подходит. Сохранить нужно только конкретность. Когда речь идет о чем-то конкретном, это работает. Есть какие-нибудь мысли?

— Как вам «Флайз»?^[14] Насекомые, кажется, в моде, – съязвил Дерек.

— Не пойдет. Слишком банально. Следующий! – улыбнулся Фредди.

— «Уилз»^[15]. Мне нравится, – шутливо предложил Иан, но никто не отреагировал.

Фредди безучастно посмотрел на него.

— Так. Что-нибудь еще?

Ребята покачали головой, потом наконец высказался Кон.

— А что, если «Фишермен»? Я всегда считал, что это хорошее название для группы.

— Еще бы: ты ирландский католик^[16], – цинично отозвался Тодд.

— «Фишермен». – Фредди размышлял, примеряя название. – «Рыбаки»… Да, мне нравится.

— И мне, – сказал Иан.

— Хорошо звучит, – согласился Дерек.

Тодд закатил глаза.

— Что ж, если кому-то придет в голову что-то получше, – сказал Фредди, – дайте мне знать. А сейчас пьем шампанское. За самую крутую группу, которая завоюет музыкальный мир на многие годы!

— Будем надеяться, – протянул Тодд, принимая бокал.

— Чтоб я больше такого не слышал. Вы должны верить, что так и будет. Иначе не поверят и другие. За «Фишермен».

— За «Фишермен», – хором поддержали они.

— В следующий четверг встречаемся в студии. Пробежимся по вашему репертуару, Кон и Тодд, и нескольким опробованным хитам. Я уже связался с парой компаний звукозаписи, предупредив, что скоро покажу демозаписи.

— У меня тоже есть несколько песен, Фредди, – сообщил Дерек.