Книга Развод. Ты назвал нашего сына чужим, страница 91 – Ева Найт

Мы стоим рядом, пока вокруг хлопают вспышки. Кирилл не включает файл. Держит устройство так бережно, будто получил его вместе с инструкцией не разбить ещё одну попытку.

— Свет больше не мигает? — спрашивает он.

— Мастер починил. И сообщил, что я чуть не убилась.

— Я подумал то же самое, но решил не писать, — признаётся Кирилл.

— Правильно.

— Трудно было, — добавляет он.

— Верю.

После фотографий мы втроём идём к машине. Максим уезжает праздновать с друзьями, целует меня в щёку и забирает диплом, но планшет оставляет отцу. Кирилл вызывает такси. Я смотрю на его экран и понимаю, что не хочу снова расходиться у тротуара, будто вся близость между нами помещается в редкие семейные события.

— Отмени, — говорю я.

— Что?

— Такси. Поужинай со мной завтра, — прошу я.

Кирилл перестаёт дышать, а я заставляю себя договорить прежде, чем испугаюсь собственного приглашения:

— Только ты и я.

— Это свидание, — говорю я. — Не отмена развода.

Кирилл всё ещё держит телефон с открытым приложением такси. Машина назначена, водитель уже свернул на нашу улицу.

— Я понял, — отвечает он.

— Судя по лицу, не до конца.

— Я пытаюсь не сделать из двух твоих предложений план до пенсии, — признаётся Кирилл.

— И как?

— Пока дошёл до ужина завтра в семь. Дальше не пускают, — отвечает он.

Я называю ресторан возле старого кинотеатра. Мы бывали там однажды с заказчиками, но вдвоём никогда. Кирилл записывает название, хотя прекрасно его знает, и всё-таки не отменяет машину до тех пор, пока водитель не звонит и не спрашивает, где пассажир.

На следующий вечер я прихожу первой. Заказываю воду и десять минут убеждаю себя, что имею право уйти. Слово «свидание» кажется слишком юным для женщины, у которой за плечами двадцать лет брака и свежее свидетельство о разводе. Но «встреча» звучала бы трусливо.

Кирилл входит без цветов, но с бумажным пакетом. Я замечаю его и сразу спрашиваю:

— Что ты всё-таки принёс?

— Твою зарядку. На награждении она валялась возле розетки. — Он ставит пакет на стол. — Формально это твоё имущество. Я проверял.

— У кого?

— У себя. Долго, — говорит Кирилл.

Он снимает пальто, цепляет соседний стул, и тот падает на пол. Официантка бросается поднимать, Кирилл тоже, они стукаются лбами. Девушка говорит, что всё в порядке, хотя потирает ушиб, а Кирилл остаётся стоять со стулом в руках.

— Поставь уже, — прошу я. — Пока второй не уронил.

Он садится и прячется за меню. Я открываю своё на странице десертов.

— Не обедала? — спрашивает Кирилл.

— Обедала.

— Врёшь, — Кирилл переворачивает моё меню.

— У тебя синяки под глазами. Тоже будем разбирать?

— Нет, давай лучше знакомиться. Чем вы занимаетесь, Алина? — спрашивает он официальным тоном.

— Воспитываю невежливых мужчин. Иногда делаю интерьеры. А вы?

— Сегодня роняю мебель. В свободное время руковожу бюро, — представляется Кирилл.

Официантка подходит снова. Кирилл просит рыбу без кинзы, я — пасту и чизкейк, причём десерт прошу принести вместе с едой. Девушка записывает, не удивляясь. Наверное, после встречи лбами мы уже не самые странные гости за её смену.

Половину пасты я всё-таки оставляю. Раньше Кирилл молча менялся со мной тарелками. Сейчас сидит и старательно смотрит на свою пустую.

— Хочешь — забирай, — говорю я.