Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 112 – Саяна Горская

И имен­но так я хо­те­ла.

Ка­жет­ся…

Но по­че­му-то мне се­ро и уны­ло от осо­зна­ния, что мы сно­ва от­да­ли­лись.

Ра­бо­та спа­са­ет. Но­вых за­дач столь­ко, что к ве­че­ру го­ло­ва за­би­та циф­ра­ми, сме­та­ми и рас­хож­де­ни­я­ми в от­чё­тах, а не Ро­ма­ном, Ива­ном и те­ми ре­ше­ни­я­ми, ко­то­рые мы умуд­ри­лись пре­вра­тить в ка­та­стро­фу за ко­рот­кое вре­мя.

С Ро­ма­ном об­ща­юсь ис­клю­чи­тель­но по Ва­ре и толь­ко со­об­ще­ни­я­ми. По­сле той но­чи он вер­нул дочь утром, как и обе­щал, а даль­ше слов­но вре­мен­но от­сту­пил.

Ни угроз, ни вне­зап­ных ви­зи­тов, ни раз­го­во­ров о су­де.

От это­го не спо­кой­нее, по­то­му что я слиш­ком хо­ро­шо его знаю и по­ни­маю: Ро­ман не за­бы­ва­ет по­ра­же­ний. Но хо­тя бы сей­час он мол­чит.

В пят­ни­цу я ухо­жу с ра­бо­ты во­вре­мя и еду за Ва­рей. Её сно­ва нет на ули­це, и я на­чи­наю се­рьёз­но пе­ре­жи­вать. Но од­но­класс­ни­цы Ва­ри ука­зы­ва­ют в сто­ро­ну шко­лы.

— Она у учи­тель­ни­цы в клас­се.

По­че­му? Сно­ва что-то слу­чи­лось?

Но мне не зво­ни­ли.

Ва­ря дей­стви­тель­но си­дит в ка­би­не­те ря­дом с класс­ной ру­ко­во­ди­тель­ни­цей и вы­гля­дит по­до­зри­тель­но уны­лой.

— Здрав­ствуй­те! Мне ска­за­ли, Ва­ря здесь. Что-то слу­чи­лось?

— Ма­рья Сер­ге­ев­на, вы толь­ко не пу­гай­тесь.

Не­воз­мож­но при­ду­мать фор­му­ли­ров­ку ху­же, по­то­му что я, ко­неч­но, пу­га­юсь до чёр­ти­ков!

— Что та­кое?

— У Ва­ри на шее и спине ка­кие-то пят­ныш­ки по­яви­лись. Воз­мож­но, вет­рян­ка.

— Мам, это не вет­рян­ка! — Про­те­сту­ет Ва­ря. — У ме­ня да­же ни­че­го не че­шет­ся по­чти.

— По­чти?

Она ви­но­ва­то тро­га­ет шею.

Отво­жу во­ло­сы в сто­ро­ну и ви­жу несколь­ко крас­ных то­чек, од­ну уже с ма­лень­ким пу­зырь­ком по­се­ре­дине. Ещё несколь­ко на ло­пат­ке, под во­рот­ни­ком фут­бол­ки.

Учи­тель­ни­ца со­чув­ствен­но взды­ха­ет.

— У нас в па­рал­ле­ли недав­но кто-то бо­лел. Луч­ше по­ка не при­во­ди­те её в шко­лу, по­ка­жи­тесь вра­чу.

— Ко­неч­но. Спа­си­бо, что за­ме­ти­ли.

Ва­ря смот­рит на ме­ня огром­ны­ми гла­за­ми.

— Мам, а ре­пе­ти­ция зав­тра?

— Сна­ча­ла врач.

— Но у ме­ня ско­ро вы­ступ­ле­ние!

— Ва­рюш, сна­ча­ла врач.

Она боль­ше ни­че­го не го­во­рит до са­мой ма­ши­ны.

По до­ро­ге до­мой я пы­та­юсь убе­дить се­бя, что это мо­жет быть ал­лер­гия, уку­сы, раз­дра­же­ние, что угод­но. Ва­ря си­дит сза­ди и каж­дые пять ми­нут спра­ши­ва­ет, мно­го ли пят­ны­шек ста­ло, а я вру, что по­чти столь­ко же, хо­тя к до­му за­ме­чаю ещё два на её под­бо­род­ке.

Участ­ко­вый пе­ди­атр при­хо­дит че­рез пол­то­ра ча­са.

Флег­ма­тич­ная жен­щи­на лет пя­ти­де­ся­ти без эн­ту­зи­аз­ма осмат­ри­ва­ет Ва­рю так, слов­но та про­сто оче­ред­ной эк­зем­пляр в кол­лек­ции. Она ед­ва бро­са­ет уста­лый взгляд на по­до­зри­тель­ные пры­щи­ки, взды­ха­ет.

— Ветрян­ка.

Ва­ря блед­не­ет.

— Это точ­но? У неё нет тем­пе­ра­ту­ры, да и на са­мо­чув­ствие не жа­лу­ет­ся…

Врач смот­рит на ме­ня по­верх оч­ков. Уве­ре­на, я раз­дра­жаю её тем, что за­даю свои ду­рац­кие во­про­сы.

— Точ­но. Тем­пе­ра­ту­ру кон­тро­ли­руй­те, об­ра­ба­ты­вай­те зе­лён­кой, на­блю­дай­те. Ес­ли бу­дет вы­со­кая тем­пе­ра­ту­ра, силь­ная сла­бость или что-то на­сто­ро­жит, вы­зы­вай­те сно­ва.

— У Ва­ри че­рез три дня вы­ступ­ле­ние. Тан­цы. Она успе­ет…