Книга Против ветра, страница 244 – Анна Джейн

Мазки жесткой кисти чередовались с дразнящими движениями пальцев и поцелуями, от которых у Ники перед глазами все плыло.

— Хватит со мной играть, – прошипела Ника.

Она хотела совершенно иного.

— А что я должен с тобой делать? – спросил ее, усмехаясь, Никита.

Ему нравилось доводить эту взбалмошную девчонку.

Ника что-то говорила, а он целовал ее шею, плечи, чуть ниже, чередуя касания губ и пальцев. Ника что-то прошептала ему на ухо, и Ник приступил к активным действиям.

Краски смывались не так быстро, как пара того хотела, и, наверное, почти час они вдвоем зависали в ванной комнате, заляпав ею весь душ и кафель. Оттирать краску пришлось Кларскому, который себя в роли хозяюшки вообще никак не представлял.

Заснули они под утро, усталые и довольные. Ника спала с полуулыбкой на лице – Никита увидел это, когда первым проснулся в десять утра. Осторожный и постоянно ожидающий подвоха парень услышал подозрительный звук, но оказалось, что это дети носились в соседней квартире. Карлова проспала до полудня, развалившись на диване, как королевна. Ник даже пошутил, что, наверное, им придется покупать трехместную кровать, одинаковую в ширину и в длину. Странно, но рядом с Никой он стал острить, правда, юмор его был иногда странноват или не смешон.

Когда Карлова открыла глаза, солнце уже вовсю светило в небе, а нормальные люди уже обедали. Ника завернулась в простыню и пошлепала босыми ногами на кухню. Там Никита задумчиво чистил ствол разобранного прямо на кухонном столе пистолета. Рядом стояло и специальное оружейное масло для чистки и хитрые штуки из набора для тех же целей. Сегодня они уезжали, и Ник хотел быть уверенным в своем оружии, в том, что оно не даст осечек. У него сегодня особый день.

Для Ники он тоже мог стать особым, если бы она выбрала Сашу Дионова.

— Доброе утро, – сказала Ника и зевнула. – Ух ты, дай подержать! – Ее взгляд переместился на разобранное оружие, и Ника потянулась к столу.

— Руки, – жестом остановил ее Никита. – Не трогай.

— Почему?

— Потому что я так сказал. Подожди, пока дочищу. И доброе утро, да. – Ник терпеть не мог говорить эту фразу, но ради девушки произнес.

Ника наклонилась и потерлась носом о его щеку – гладко выбритую. От парня едва уловимо пахло мятным гелем для бритья, и это безумно нравилось Карловой.

Видимо, для счастья ей нужно было очень мало.

— Почему ты не называешь меня как-нибудь ласково? – капризно спросила Ника.

— А как ты хочешь? – спросил Никита, заканчивая чистку всех видимых загрязнений и собирая пистолет.

Ника следила за каждым его движением. А все-таки он опасный парень: так ловко и со знанием дела управляется с оружием. Это и пугало, и жутко притягивало.

— Любимая, милая, солнышко, зайка, котенок, – перечислила Ника. – Хотя нет, это слишком сахарно. А, ты же бруталити мэн. Тебе не идет произносить такие словечки.

— Укропом меня называть в самый раз, да? – насмешливо глянул Никита.

— Да, – подтвердила Карлова.

— Чтобы была гармония, я могу называть тебя Петрушкой, – от всей души предложил светловолосый парень.

— Только попробуй! – пригрозила ему Ника.

— Я даже пробовать не буду. Детский сад. У тебя есть имя, у меня есть имя. Пользуйся ими.

— Моя лапочка, – тотчас просюсюкала со смехом Ника. – Сладенький.